Прайм-тайм - Максим Шаттам Страница 98

— Нет, ничего.

— В туалет не ходил?

— Нет.

— Не ложился на вашу кровать или диван?

— Не думаю, я не видела.

— Что-нибудь в его поведении могло навести на мысль, что он бывал раньше в вашей квартире?

— Тоже нет.

— Он пользовался телефоном или какими-нибудь гаджетами?

— Нет, я… Насколько я знаю.

Исходя из своего немалого опыта, Сеньон понимал, что больше они ничего не добьются от бедняжки, разве только заставят ее мысленно вернуться к подробностям пережитого, но считал, что этим они причинят ей слишком много страданий, а вероятность извлечь что-то существенное практически нулевая. Кратос был крайне осторожен, ничего не оставил на волю случая, и теперь криминалистам сильно повезет, если они найдут в квартире хоть какой-то его след.

Сеньон решил оставить Магали с жертвой, – возможно, наедине с женщиной Лорен почувствует себя свободнее. В коридоре он воспользовался моментом и сделал несколько звонков, чтобы узнать, как идут дела.

Магали вышла из палаты через десять минут.

— Ну что? – спросил он.

— Ничего больше.

— По крайней мере попытались.

Пока они шли по подвальному этажу больницы, Сеньон, не привыкший к молчанию Магали, спросил, что она думает.

— Девушка сильно пострадала, – ответила та.

— И не скоро закажет доставку на дом.

— Сеньон! – строго одернула его напарница.

Магали редко воспринимала все буквально, у них было принято снимать напряжение шуткой. Очевидно, эта Лорен чем-то ее зацепила, но чем – непонятно. Сеньон не стал выяснять подробности – иногда жертвы пробираются вам в душу и причиняют боль. Магали не любила говорить о чувствах, и он знал, что она выскажется, если ей будет нужно.

Подтверждая его предчувствие, она переключилась на другую тему:

— Кратос не психопат. Он ценит жизнь. Дал ей снотворное, чтобы отрезать палец, обработал рану и даже позаботился и оставил ей воду.

— Довольно трогательно со стороны парня, который угрожает убить любимого телеведущего французского народа.

— Интересно, способен ли он выстрелить.

Сеньон остановился в пустом коридоре с блеклыми стенами:

— Маг, мы с тобой перевидали достаточно людей, впавших в отчаяние. Это ничего не значит. Если на него давят, если он на пределе, кто знает, как далеко он может зайти.

— Ты прав.

Они двинулись дальше.

— И я только что говорил с одним из криминалистов. В мусорном ведре на кухне Лорен Делакуа они нашли стерильную упаковку от мочеприемника.

— Почему ты раньше не сказал?

— Узнал, пока ждал тебя в коридоре.

— Мы могли бы спросить ее, не пользовалась ли она…

— Мочеприемники адаптированы для мужской или женской анатомии. Судя по упаковке, этот был с пенильной насадкой, то есть для мужчин.

— А, выходит, он болен?

— Нет, он экипировался для долгого ожидания. Если захочет отлить, ему не придется оставлять заложника одного.

— Черт… Он продумал все. Это не новичок.

— Я пришел к тому же выводу. Он сумел подготовиться, провести скрытую разведку, не оставляя следов, у него исключительная выдержка, хладнокровие, он полностью контролирует нервы – явно не дебютант. На таком уровне не совершить ни одной ошибки можно, только имея опыт. Лорен упомянула взрослый голос. Он повидал жизнь, это не первое его преступление. Вероятно, у него есть судимость, значит его ДНК должна быть в базе.

— Не могу перестать думать о том, что он сказал Лорен, – что он не будет ее насиловать. Странно, не находишь?