Всё, во что мы верим - Екатерина Блынская Страница 66

— Конечно! Война нам не помеха!

Хохлы поржали.

— Покажешь, где?

— Покажу, – сказал Вершина. – Только, если можно, не говорите никому, что я вас туда водил.

Хохлы посмеялись.

И потом, через несколько дней, активно отработав минометами по району, хохлы приехали на двух БМП за Вершиной.

— Покажешь?

— Поехали!

Вершина решил показать им дуб Мазепы.

Но этому удивительному приключению предшествовало еще одно событие.

Спутниковая связь работала идеально, особенно из кустов за зданием администрации, где был вырыт огромный погреб в то время, когда управляющий имением помещика Усова хранил там заграничное вино. Вершина еще в прошлом году нашел это место, которое венчал деревянный туалет, куда прибегали школьники.

Прямо за туалетом пышно росла бузина, а в ней чуть шире полуметра едва виднелась арочка погреба. Несколько ступенек – и Вершина с фонариком уже в просторном помещении со сводчатым потолком, выложенным местным розовым кирпичом, – и черепица была в селах из этой массы, вечная.

После того как Вершина и Ника спрятали машины, здесь было единственное место, где можно было оставить связь. И Вершина спешно перетащил в бузину свое оборудование. В отличие от Ники, которая оказалась отрезана от своего погребка.

Вершина был на связи со своими и от них же узнал, что в районе, прямо по соседству с оккупантами, действует отряд теробороны «Пардус».

Вершина выдохнул. Надо брать Нику и уходить к ним. Тем более что они вывозят еще мирных, встречая их вниз по течению.

Но, к сожалению, до Ники надо было еще добраться.

И Вершина не знал, когда он сможет это сделать. Покинуть Апасово он не мог.

Но вот до знаменитого исторического места под названием «Дуб Мазепы» он спокойно бы доскочил, а «Пардусы» с большой радостью бы дали прикурить жаждущим…

Тем более что жара немного спала, подходил к концу август.

Вот уже почти двадцать дней Вершина не видел Нику. Но про передвижение наших сил знал. Знал, что вот еще немного надо постараться пожить.

Хохлы чуть отошли ближе к границе, да «пардусы» сельскую лесную часть райцентра уже забрали и почти отбили сам поселок, отогнав мотострелков ВСУ на окраину в сторону Ветрена. Хохляцкие дроны в густой зелени были бесполезны, и сами военные туда не лезли. Ну, разве пару-тройку раз в день пошлют туда что-нибудь тяжелое.

Как «в молоко», потому что вычислить тероборону было невозможно. И первые хохлы отошли, а новенькие не рассчитали еще всей опасности ходить в лес.

За переездом между Надеждино и Апасово в лесу рос древний великан-дуб.

Триста лет назад под ним отдыхал в шатре предатель Мазепа, бежавший от Петра в Османскую империю. Уже тогда дуб был огромен, но сейчас он оплыл и разошелся в стороны, дав рождение местным дубравам.

Хохлам на бронемашинах было достаточно тяжело ехать по бурелому, и метров тридцать они пешком следовали от дороги до дуба.

Здесь, конечно, тоже шли бои в прошлую войну. И пропавших без вести немцев тут лежало достаточно.

Партизаны знали, что немцы боятся леса, и жили здесь весьма спокойно, недаром вся территория вокруг дуба до сих пор покрыта воронками от блиндажей и сетями хорошо обозреваемых окопов.

Вершина привел хохлов под дуб, огороженный цепями, и прочел даже по памяти кусок из «Полтавы»: