Поворот на лето - Алексей Котейко Страница 70

Проведя в столице все выходные и с сожалением прощаясь на вокзале, они лишь посетовали на то, что теперь дети будут жить далеко. Впрочем, может быть, на Новый год удастся приехать в Брод? Отец бывал там лет десять назад. Интересно, а есть ли на рынке в Старом Городе одна маленькая кофейня? Какой там варили кофе! Елене уже казалось, что она всю жизнь знает этих чуть грубоватых, но добродушных людей, а Антон, поглядывая на жену, только улыбался. Тем же вечером он предложил по пути на запад заехать к её родителям, погостить день-другой.

— Не стоит, – отказалась женщина.

— Неужели всё настолько сурово? – муж говорил шутливо, но в его иронии чувствовались горькие нотки. – Или ты до сих пор так ничего им и не рассказала? – он в наигранном трагизме широко раскрыл глаза. – Неужели то письмо так и осталось неотправленным?

— Конечно, нет! Я что же, зря старалась? – она говорила с улыбкой, но улыбка выдавала нерешительность.

Письмо домой Елена сочиняла несколько дней, переписывая отдельные абзацы на кусочках бумаги, так что к завершению этой непростой работы стало казаться, будто в квартире обитает безумный писатель, имеющий привычку повсюду разбрасывать черновики. Требовалось очень деликатно и в то же время предельно ясно объяснить, как так вышло, что за восемь месяцев у дочери появился не просто ухажёр, а муж, и почему до сих пор родители об этом ничего не знали. Тот факт, что дочь – самостоятельная взрослая женщина, в глазах родни не имел ровным счётом никакого значения.

— Будь у тебя сестра, ты бы, может, лучше понимал, как это всё непросто! – пожаловалась Елена мужу. Антон, задумчиво потерев подбородок, согласился:

— Да уж. Повезло, что у меня только двое старших братьев. Так что ты написала? Могла бы, кстати, дать прочесть перед отправкой.

— Написала, что познакомилась с мужчиной, который пришёл ко мне лечить своего пса. Что мы начали встречаться и мужчина сделал мне предложение. Что пришлось расписаться быстро, потому что мужчину переводили из Ключа в Брод, а условия для женатых сотрудников совсем не то же самое, что условия для холостяков.

— Вроде всё по сути честно, но как-то отстранённо. Больше похоже на сделку, чем на супружество, – он увидел, как в глазах жены вспыхнули искорки гнева и, рассмеявшись, привлёк её к себе. – Дорогая ты моя северяночка, – шепнул Антон, целуя Елену. – Не обижайся. Ты же знаешь, я просто шучу.

— Я и не обижаюсь, – женщина потёрлась носом о его нос, мягко высвободилась из рук мужа. – Пора готовить ужин, – она двинулась на кухню.

Антон пошёл следом.

— Так почему нам не заехать к твоим по пути в Брод, если они знают и обо мне, и о том, что мы расписались? Или для твоих родителей южанин это всё-таки клеймо?

— Нет, – Елена, успевшая достать разделочную доску, решительно пристукнула по ней ножом. – Просто когда они приедут к нам в Брод, это уже будет встреча на нашей территории. Там, где ты – глава дома и семьи. Понимаешь?

— Ммм…

— Отец увидит самостоятельного и солидного мужчину.

— А если я появлюсь на машине с кучей чемоданов и собакой – значит, я просто шалопай?

Женщина фыркнула. Картофелина, выскользнув из-под ножа, полетела на пол.

— Шалопай ты и есть, но об этом никому знать не обязательно.

— Вот спасибо!

— Я ведь говорила: у нас многое в жизни определяется традициями. Отчасти поэтому мне и захотелось уехать оттуда. Останься я – и, скорее всего, моя ветеринарная практика закончилась бы уже через год-два после выпуска. Замужество, дом, дети. А мне не хочется только сидеть дома, стирать пелёнки и ходить в гости к родственникам. Это попросту скучно.