Как написать любовный роман за неделю - Стефания Бертола Страница 28

Утопая по колено в снегу, Изумруд наконец-то добралась до кондитерской, где Шаннара ожидала ее, свежая, как роза. Ее подруга жила прямо над магазином и могла прийти на работу, не показывая носа наружу. Снежные вихри, так и норовящие сбить с ног, нисколько ее не заботили.

— Hola[6], Изумруд! – поздоровалась Шаннара. Она немного выучила испанский в память об отце, которого не знала.

— Hola, ну и погодка, – откликнулась Изумруд, ввернув еще и шотландское выражение, означающее досаду. – Я полчаса сюда добиралась по этому снегу.

— Pueco mal, no emportas[7]. Дел все равно никаких. Ты заметила, что, когда много снега, люди реже приходят за сладостями?

Изумруд не ответила. Шаннара наблюдала за тем, как ее подруга уставилась в окно с мечтательным выражением лица. Про себя Шаннара улыбнулась: она знала, что вчера Изумруд провела вечер с Джейми, и была уверена, что он предложил ей выйти за него замуж и она согласилась. Только это могло объяснить такой зачарованный вид Изумруд.

— Эй, Изи, ты мне подруга или нет? Он предложил тебе руку и сердце, а?

— Что? А-а-а… Придумаешь тоже. Мы ведь едва знакомы.

— Как это – едва знакомы? Вы с Джейми встречаетесь уже почти шесть лет, с того времени как ты, едва тебе исполнилось семнадцать, осталась сиротой и единственной наследницей дома твоей тети и обновила этот прибыльный магазин!

— Джейми? А, так ты о Джейми… Нет, он не сделал мне предложения. Мы в аварию попали из-за метели. Влетели в сугроб, только это не сугроб оказался, а «Роллс-Ройс» Ангуса Кейллера.

— Снова он? И вы снова говорили про джем?

— Разумеется. С ним была эта накрашенная вобла, невеста его, в Козимири одетая, а платье это на ней висит, как халат из супермаркета, и я ей сказала…

— Подожди. Тебе не нравится леди Глориетта?

— Бр-р-р! И я ей сказала, что свалить всю вину за просроченный джем на нас ей не удастся, и тогда он… Ох, Шаннара, он… Он…

И Изумруд разрыдалась. Как она могла довериться Шаннаре и рассказать, что всю ночь вертелась в кровати, как мясо на вертеле, думая о стройном и чувственном Ангусе, о его губах, обещавших жаркие поцелуи, о его глазах, которые, будто рентгеном, нахально раздевали ее? Как она могла доверить это Шаннаре – сестре Джейми, хорошего парня, который со дня на день собирался сделать ей предложение? И что та ответила бы? Могла ли Изумруд пустить все по ветру ради внезапной страсти без перспектив? Ведь Ангус помолвлен с леди Глориеттой, да и Кейллер, вообще-то, никогда не женился бы на ничтожной кондитерше без роду и племени.

Шаннара подождала, пока Изумруд немного проревется, развернула леденец на палочке и протянула ей:

— Держи. «Лемонтопсы» творят чудеса. И не бери в голову. Понятно, что он тебе неприятен, но вот станешь женой Джейми – сразу повеселеешь!

А в это самое время Ангус Кейллер бился с советом директоров компании, который в количестве восемнадцати его членов уставился на Ангуса с открытыми ртами и глазами, вылезающими из орбит.

— Другие джемы? – беспомощно переспросил Донег Кавендиш, исполнительный директор, господин восьмидесяти пяти лет, все никак не желавший уходить на пенсию. – Но мы никогда не делали других джемов!

— Я в курсе! – воскликнул Ангус и, чтобы придать своим словам веса, приподнялся и навис над столом. – Но, друзья мои, настало время перемен! Не боявшийся перемен человек однажды решил разместить четырнадцать песен на одной стороне круглой серебряной пластины вместо двух сторон черной пластины – и так появился компакт-диск. Другой, не менее смелый, создал непостижимо маленькие спутники, отправил их в небо – и телефон переместился со стойки в прихожей в карман человека и теперь путешествует с ним по всему миру. И вот «Мармелад Кейллера» на рубеже эпохальных перемен! Мы будем производить другие джемы! Больше никаких девятнадцати вариантов апельсинового! Настало время разнообразия, это отправная точка к новым приключениям!