Хеллоу, Альбион! - Алексей Хренов Страница 110

И где-то посередине эти дороги неизбежно пересекались.

Там, где на карте это выглядело аккуратным пересечением линий, в реальности возникало нечто куда более грозное и шумное — медленно сходились бронированные громады, упорно и без лишних эмоций стараясь утопить друг друга.

08 июля 1940 года. Гидроавиабаза в бухте Калафрана на южной оконечности Мальты.

Этой телеграмме не везло с самого начала.

Родившись из встречи адмирала Рамсея из Адмиралтейства с замминистра авиации, она, провернувшись в канцелярии моряков, унеслась по месту приписки нашего героя — то есть опять в 277-ю эскадрилью в Шорхэме.

Там её встретили без всякого трепета. Командир флегматично пожал плечами, выразив своё отношение и к тупым бюрократам из министерства, и к этому неуловимому Коксу, и без лишних церемоний отфутболил её в Гибралтар.

Она опоздала буквально на несколько часов.

В Гибралтаре телеграмму распечатали, вспомнили дважды младшего лейтенанта Кокса, улыбнулись и, не сомневаясь, отстучали её в Александрию, в штаб Средиземноморского флота — где, по их мнению, должен был появиться этот самый Кокс.

В Александрии же ни о каком Коксе не слышали, да и дел у них хватало, и в порядке следования дежурный связной переадресовал её на Мальту, в штаб передового командования.

И тут ей могло бы повезти, но… она опоздала буквально на час. Ибо её товарка — телеграмма за подписью командующего Средиземноморским флотом адмирала Каннингема — вышла из-под аппарата чуть раньше и гласила:

«Обеспечьте поиск итальянского флота между Таранто и Мальтой всеми доступными средствами…»

Телеграмма Каннингема пришла на Мальту самым ранним утром 8 июля. Коммодор авиации Джордж Мэйнард, командующий мальтийской авиационной станцией RAF Хал-Фар, прочитал её, поморщился от безысходности и набрал номер гидроавиабазы в Калафране, на самом юге Мальты.

— Пейдж, — он грустно усмехнулся в трубку, — у меня для тебя работа. Наш адмирал требует найти итальянский флот между Таранто и Мальтой. Всеми доступными средствами.

— А какими имено средствами, господин адмирал, не уточнил? — рассмеялся в ответ коммодор Фрэнк Пейдж, старший морской офицер Мальты. — Наш единственный «Сандерленд» застрял в ремонте. Из живых — только гибралтарский «Валрус» и три этих самых чудака на борту, которые летают без штанов над городом.

— Вот и отправляй этих голожопых! — рассмеялся Мэйнард. — Адмирал сказал «всеми». А эти явно везучие, летают с человеком за бортом и гадить хотели на всех.

Пейдж положил трубку, улыбнулся и отдал приказ.

— Отправьте голожопых в патруль! — не сомневаясь, произнёс он.

И через час катер по имени Кокс, Граббс и Хиггинс разбежался по глади акватории бухты и превратился в летающий аппарат.

А текст первой телеграммы был краток, строг и исполнен той уверенности, с какой Адмиралтейство обычно распоряжалось людьми, погодой и расстояниями. В нём не было ни сомнений, ни вопросов, ни даже намёка на то, что Коксы в этих местах в принципе уже не водятся.

«Немедленно обеспечить прибытие лейтенанта флота Алекса Кокса в распоряжение командующего авиабазой HMS Kestrel, Портсмут.»

08 июля 1940 года. База итальянского флота в Бенгази, Ливия, Африка.

Адмирал Иниго Кампиони стоял на мостике своего флагмана и смотрел, как в утренней дымке одна за другой подтягиваются тени кораблей.