Испытание прошлым - Оксана Ласовская Страница 108

— Плохие новости, - вздохнул он.

Не знаю, как Мише, но мне стало дурно. В глазах потемнело, поплыли чёрные мушки. Потребовались все силы, чтобы не рухнуть в обморок.

— Химиотерапия не подействовала? - голос Миши был сдавленным, его пальцы впились в край стола.

— На какое-то время деление клеток остановилось. - Антон Семёнович потупил взгляд. - Но сейчас процесс возобновился с новой силой. Боюсь, без пересадки костного мозга нам не обойтись. Это единственный шанс спасти вашего сына.

Воздух внезапно исчез. Только что он был - и вот его нет. Я вскочила, судорожно рванув ворот платья, и бросилась к окну.

— Саша, что с тобой? - Миша кинулся ко мне.

Я не могла вымолвить ни слова, лишь бессильно махнула рукой, судорожно ловя ртом воздух. Антон Семёнович уже смачивал ватку нашатырём и подносил к моему носу. Я пыталась оттолкнуть его руку, но он был настойчив. И, о чудо, стало легче. Сознание прояснилось, в лёгкие рванул спасительный глоток воздуха. Я рухнула на кушетку и прислонилась к стене.

— Простите… - прошептала я.

— Да ничего, бывает!

Антон Семёнович присел рядом и наложил на мою руку манжету тонометра.

— Ох, дорогая! - покачал головой он, снимая стетоскоп. - Давление всего девяносто на пятьдесят! Принесите ей кофе, - кивнул он Мише, и тот пулей выскочил из кабинета.

Пока я пила обжигающий напиток, сжимая стаканчик обеими руками, Миша разговаривал с врачом.

— Что нам делать? - спросил он. - Кто может стать донором?

— Любой человек с подходящим генетическим материалом, - пояснил Антон Семёнович. - В идеале - близкий родственник. Но поиск неродственного донора может занять годы, а времени у нас в обрез. Сейчас мы применяем таргетную терапию - это специальные препараты, которые блокируют рост клеток и замедляют прогрессирование болезни. Но это временная мера. Обычно лучшими донорами становятся братья или сёстры - у них высокая вероятность полного совпадения. Но могут подойти и родители. У вас ведь есть дочь? Она могла бы стать донором для Андрея.

— Аня не родная сестра Андрею, - прозвучал мой голос.

Я отправила стаканчик в урну.

— Сводная? - не понял доктор.

— Нет, - покачал головой Миша. - Аня - дочь Саши.

А Саша Андрею не родная мать.

— Вот как! - врач вскинул брови. - Никогда бы не подумал! Вы так о нём заботитесь…

— Не в этом дело! - резко перебила я врача. - У Андрея нет ни братьев, ни сестёр. Что нам делать?

— Обследуем отца, - пожал плечами доктор. - Вполне вероятно, что ваш материал подойдёт. Если же нет… - Антон Семёнович запнулся. - Скажите, мать мальчика жива?

— Да, - кивнул Миша. - Нам её найти?

— Давайте не будем забегать вперёд! - Врач снял очки и принялся тщательно протирать стёкла. - Сначала возьмём анализы у вас, а там посмотрим.

— Хорошо, - тут же согласился Миша. - Когда начинаем?

— Прямо сейчас! - Антон Семёнович водрузил очки на нос, поднялся и жестом указал на дверь. - Проходите. А ваша супруга подождёт в коридоре.

Ждать пришлось долго. Я металась по больничному коридору, натыкаясь на спешащих мимо людей с усталыми лицами, выходила на улицу. Погода больше не радовала: солнце слепило и раздражало, а ветер, трепавший волосы, лишь злил. Вернувшись к кабинету, я наконец увидела Мишу.

— Ну что? - бросилась я к нему.

— Результаты будут послезавтра, - коротко ответил он. - Давай зайдём к Андрею.