Тетрадь князя Путятина - Елена Дорош Страница 17

Больше они не встретились. Он исчез так же внезапно, как появился, оставив ей на память свой взгляд, когда обернулся, уходя.

Кама не давал клятв верности, но пять лет спустя она все еще считает себя его женщиной. Женой. Матерью его ребенка.

Странная у них семья. Но пока она верит, что он вернется, другой ей не надо.

Она думала об этом, просматривая сводки происшествий по городу Ленинграду, и чуть не пропустила сообщение о пропаже Леонида Андреевича Хряськова, тысяча восемьсот девяносто шестого года рождения, проживающего на Крюковом канале в доме над бывшей лавкой Литовского рынка. Неплохое место, и как раз недалеко от Путятиных, квартировавших в бывшем доходном доме Фитингофа.

Анна придвинулась ближе к столу и заткнула уши. Так она обычно делала в детстве, чтобы не пускать в голову посторонние мысли.

Из заявления жены Хряськова, Аглаи Ивановны, следовало, что утром в понедельник муж, как обычно, пошел на работу, а вечером не вернулся. Заявление приняли на следующий день. Наверное, очень настойчивая женщина эта Аглая Ивановна. Обычно три дня приходится ждать.

Пожар у Путятиных случился как раз с понедельника на вторник. Совпадение?

Если да, то и не такое в жизни бывает.

Если нет, то возникает несколько вопросов.

Теоретически Хряськов с Путятиным могли быть знакомы. Живут рядом. Но Хрясков, как указано в заявлении, работает на Крюковских складах рядом с домом и с Путиловским заводом никак не связан. Каким образом и где они могли познакомиться?

И это первый вопрос.

Второй звучит почти как фантастика. Могло ли такое случиться, чтобы у этих двух мужчин было одинаковое заболевание с совершенно одинаковыми симптомами? Один случай на миллион. Или на два миллиона.

Впрочем, проверить это легко. Надо просто поговорить с гражданкой Хряськовой. К ней имеется и третий вопрос: носил ли ее муж кольцо и на каком пальце?

Анна сдала амбарную книгу с записями происшествий дежурному и пошла к выходу, гадая, застанет ли дома гражданку Хряськову.

— Чебнева, ты куда? – окликнул ее Локтев, выходя из кабинета.

— По делу о пожаре, товарищ старший оперуполномоченный.

— Далеко?

— На Коломенский, товарищ старший оперуполномоченный.

— Чего ты заладила – уполномоченный да уполномоченный, – недовольно пробурчал Локтев. – У меня имя есть.

— На службе к начальству принято обращаться по званию.

Локтев поджал губы. Вот заноза эта Чебнева! Не ухватишь!

— Машину возьми.

— Да тут недалеко. Я на трамвае. Быстро.

— Возьми, сказал! И не спорь с начальством, коли такая принципиальная!

— Есть не спорить с начальством.

— То-то. После доложишь.

— Есть, товарищ старший оперуполномоченный! – выпалила Анна и с облегчением вздохнула.

Не хватало ей только похотливого начальника!

На Крюков она доехала с комфортом и велела дяде Пане сразу ехать обратно.

— Не барыня, ногами дойду.

Дядя Паня радостно укатил прочь. Анна поднялась на третий этаж замызганного дома и постучала в обитую старым одеялом дверь.

Открыла ей заплаканная женщина, и Анна догадалась, что это жена пропавшего.

— Гражданка Хряськова? Уголовный розыск.

— Нашелся? Вы нашли его?

— Аглая Ивановна, позвольте войти?

Женщина посторонилась, пропуская, и Анне в нос ударил резкий запах валерьянки.

«А ведь Хряськова здесь любили», – подумала она, проходя в комнату.