Последний шторм войны - Александр Тамоников Страница 2

— Что происходит, ребята? — настороженно спросил Буторин. — Что-то мне это напоминает. Не находите?

— Типун тебе на язык, — буркнул Коган, проходя вдоль стены.

Ничего тревожного Борис не видел. Стулья, столы, на стенах таблицы и плакаты с образцами военной формы Красной Армии: зимняя, летняя, повседневная, парадная, для строя… Собственно, произошедшее дальше и было продолжением этой странной и непривычной процедуры. Женщины в голубых халатах стали выносить и раскладывать на столах тщательно отутюженную форму для каждого из офицеров с уже пришитыми погонами, орденскими планками. Пришлось переодеваться в кабинках за занавесками. Оперативники переглядывались, все еще не понимая странных приготовлений. Объяснения появились, но уже в кабинете наркома, куда Платов повел группу, как только они явились по вызову начальства.

— Вот они, — как-то странно произнес Берия, когда Платов и оперативники вошли в кабинет.

Нарком дочитал какой-то документ и поднял глаза на визитеров. По всему было видно, что мысли Берии сейчас были где-то далеко. Наконец, его внимательный взгляд скользнул по фигурам офицеров. Платов, одетый в военный китель, сделал шаг в сторону, видимо, чтобы не портить впечатление от внешнего вида группы.

— Ну так я и предполагал, — кивнул Берия. — Можете садиться. Тем более что форма на вас должна немного обмяться, а то вы будете на первых порах выглядеть, как манекены из хозяйственного управления.

Оперативники расселись на стульях у стены, выжидающе глядя на наркома. Берия взял со стола остро отточенный карандаш и, поигрывая им между пальцами, откинулся на спинку стула. Взгляд под стеклами очков стал сосредоточенным, жестким. И сразу исчезло ощущение предвкушения чего-то парадного, может быть, праздничного, о чем, грешным делом, оперативники начали подумывать в примерочной хозяйственного управления. Война явно шла к завершению. Не чувствовать этого мог только слепой, глухой или очень глупый человек. Советские войска освобождали Восточную Европу от нацистов, Красная Армия стояла у ворот Берлина, у самого логова гитлеровского режима. Союзные войска подходили с запада к Одеру. Очевидно, Берия снова запланировал какую-то операцию или оперативную комбинацию, и ему срочно понадобилась именно группа Шелестова.

И Берия заговорил как раз о том, что война близка к победному завершению. И о том, что это совершенно не значит, что нужно расслабиться и готовиться почивать на лаврах. Как раз наоборот, сейчас следовало готовиться к еще более сложным и более масштабным тайными битвам. И с секретными службами подыхающего рейха, и, как это ни может показаться странным на первых порах, с секретными службами союзников, которые никогда не были на все сто процентов союзниками.

— Я бы назвал их временными попутчиками, — сформулировал эту мысль Берия. — Удобно было ехать в одном трамвае и делать вид, что подсказывают нам нужное направление и хвалят нас же за мастерство управления этим трамваем. Но сейчас не об этом.

Оперативники переглянулись. Лицо Платова, сидевшего рядом, было, как всегда, непроницаемым. И сейчас важным было не выражение лица Платова, а то, что говорил Берия. И о близком завершении войны он завел разговор не зря. Да и сами оперативники уже давно замечают определенные признаки близкой победы и перестройки многих структур государства в соответствии с приближающимися событиями. И они услышали то, о чем уже сами стали догадываться.