Книжный клуб на острове смерти - Виктория Дауд Страница 33

А вот мама в первый день учебы провожает меня в школу-интернат, но, даже не дождавшись, пока я скроюсь внутри, спешит вернуться к своей привычной жизни.

И вновь передо мной возникла мама, поднявшая вверх скользкие от воды руки.

— Господи боже! – пробормотала я, и в рот тут же забился мокрый песок. – Мама!

Я села, во всей красе обозревая нашу новую просторную тюрьму – унылую безлюдную местность под безжизненным небом. Песок потемнел от дождя. В воздухе отчетливо ощущался привкус соли, которая, похоже, пропитала здесь все. Из-за низко нависших облаков создавалось впечатление, будто силуэты холмов полностью сливаются с небом, образуя единый безликий ландшафт. Сквозь плотный туман порой проглядывали размытые контуры далеких островов.

Я продолжала вглядываться в окружающий мир, и вскоре мне почудилось, что в белесой дымке движутся какие-то странные фигуры.

Я глубоко вдохнула насыщенный илистым запахом воздух.

— Мама!

— Не кричи, Урсула! – нависла она надо мной.

— Ты жива! – выдохнула я, испытав огромное облегчение.

Рядом кто-то простонал, и на темном песке зашевелился еще один человек.

— Я тоже жива? – переворачиваясь, пробормотала тетя Шарлотта.

— Нет, мы в аду, – сообщила мама.

Даже здесь, на песчаном берегу, нас поливал дождь и трепал ветер.

Насквозь промокшая тяжелая одежда липла к телу, натирая покрытые синяками руки и голени. Волосы безвольными прядями падали на лицо, глаза слезились от влажной, пропитавшейся солью грязи. К горлу подкатывала тошнота, как будто я в избытке нахлебалась морской воды.

Я обвела взглядом пляж. На песке валялись какие-то обломки, но ничего крупного и, что еще важнее, никаких тел. Море вынесло нас на берег: бесцеремонно выплюнуло общей кучей и отступило прочь. Неподалеку лежала тетя Шарлотта, наполовину зарывшись лицом в песок. Она стонала, как попавший в ловушку зверек, однако почти не пыталась шевелиться. Больше на пляже никого не было – ни капитана Бутылконоса, ни Спира, ни его жены, ни Джесс со спутником, ни Бриджет, ни даже Мистера Перезвона.

— Где Мирабель? – вполне предсказуемо спохватилась мама.

К сожалению, я тоже не забыла о существовании этой женщины, просто понадеялась, что мама не сразу вспомнит.

— Мирабель? – Мама осматривала пляж, словно имела встроенный радар, запрограммированный на подругу. Я бы не удивилась, если бы у мамы и в самом деле была подобная штука.

Так или иначе, хотелось верить, что Мирабель жива; в противном случае мама вечно будет напоминать мне о ней и даже может подключить к делу психотерапевта Боба.

Мы принялись отряхиваться от песка.

— Все нормально? Никаких переломов или…

— Нет, Урсула, все, черт возьми, ненормально! – Мама лихорадочно приглаживала волосы. – Куда подевалась Мирабель?

Я пожала плечами. Не слишком разумный жест, в данной ситуации он выглядел несколько беспечным.

— Ради бога, Урсула. Прояви хоть немного сострадания!

— К Мирабель?

Вздохнув, мама зашагала вдоль кромки воды, глядя на свирепые волны. Вряд ли кто еще смог бы выбраться оттуда живым, но я решила пока не посвящать маму в свои мысли.

Я попыталась представить, как море бросает меня из стороны в сторону, а вокруг бушуют волны. Увы, в голове все смешалось. Не получалось вызвать в памяти ни одного лица; они словно бы растворялись в волнах прибоя, лишь сильнее сбивая с толку. Потом из глубин сознания всплыло видение. Зеленые глаза. И ничего больше. К чему бы это? Что такого я видела?