Нож гладиатора - Наталья Николаевна Александрова Страница 44

— Не на-адо? – замогильным голосом переспросила Ольга. – Тогда скажи, где моя одежда?

— Где всех… в кладовой… это третья комната по коридору… там все сложено…

— Но она наверняка заперта! Где ключи?

— Вот! – санитар трясущейся рукой протянул Ольге связку ключей.

Она еще раз изобразила загробный хохот, взяла ключи и отправилась в кладовую.

Там было несколько металлических шкафов, в одном из которых она нашла свое платье, в котором была вчера на корпоративе, и остальную одежду.

Она сообразила, что в платье для коктейлей ей будет холодно, и оно будет неуместно смотреться на улице, и надела поверх платья чью-то теплую куртку. Куртка была мужская, не слишком новая, но Ольга решила не капризничать и брать что есть. И туфли на каблуках сейчас явно неуместны, так что нашлись разношенные кроссовки размера на три больше. Ничего, сойдет…

После этого в другом шкафу нашла свою сумку.

Очень обрадовалась и проверила ее содержимое…

Тут ее радость несколько померкла: в сумке осталась только косметика и прочие женские мелочи, но не было денег и документов.

Документы, наверное, забрала полиция, чтобы установить личность убитой. Но деньги… Ольга подозревала, что деньги забрал санитар Григорий.

Она взяла сумку и снова вышла в коридор.

Григорий с унылым видом допивал содержимое мензурки.

Увидев Ольгу, он побледнел пуще прежнего и проблеял:

— Опять ты-ы…

— Я, я! – процедила Ольга и снова протянула к горлу санитара скрюченные пальцы.

Она понимала, что в куртке с чужого плеча не выглядит так страшно, как в казенной простыне, но компенсировала это злобным взглядом и интонацией.

— Чего тебе еще надо-о? – простонал санитар. – Ты же забрала одежду…

— А деньги? Где мои деньги?

— Деньги? – Григорий отвел взгляд. – Ничего ни про какие деньги не знаю…

— Ах, не знаешь? Ну, тогда готовься – отправишься прямым ходом в мертвецкую!

Она вспомнила фильм о живых мертвецах, который смотрела так давно, оскалилась, как персонаж этого фильма, и потянулась к горлу несчастного санитара.

Он затрясся от страха, как в лихорадке, и пролепетал заплетающимся языком:

— Я отдам… отдам… я все отдам, только не убивай меня… не трогай меня…

— Так отдавай немедленно! И не вздумай водить меня за нос, со мной это не пройдет!

Санитар сполз со стула, покосился на Ольгу, прохромал к шкафчику, где были сложены папки с документами, снова покосился на Ольгу, тяжело вздохнул и вытащил папку из заднего ряда.

Раскрыл эту папку, переложил внутри ее стопку листов…

Под этой стопкой обнаружился довольно пухлый конверт.

Григорий снова тяжело вздохнул, вытащил из конверта несколько купюр и протянул их Ольге.

— На, держи…

— А остальное? – грозно проговорила она.

— Да остальное-то не твое… остальное – от других покойников осталось…

— Им деньги уже не нужны!

— Зато мне нужны…

— Меньше выпьешь – здоровее будешь! – и Ольга грозно щелкнула зубами.

Санитар снова вздохнул и трясущимися руками отдал Ольге весь конверт.

— Ну ладно, живи пока! – процедила Ольга. – Только смотри, больше не обворовывай мертвецов, а то можешь попасть в неприятности! Мертвецы, они… то есть мы мстительные!

С этими словами она направилась к двери и покинула морг.

Улицы были пустынны, как земля в первый день творения, только где-то вдалеке брел запоздалый подвыпивший прохожий.