Партизаны - Алистер Маклин Страница 52

Выйдя из кабины, Петерсен убедился, что девушкам помогли забраться в машину, затем вернулся за руль и тронулся с места.

Он миновал еще два блокпоста – где его пропустили, не останавливая, – прежде чем прибыть в город Мостар. Въехав в центр города, он пересек реку, свернул направо у отеля «Бристоль» и две минуты спустя, заглушив двигатель, обошел грузовик.

— Прошу оставаться в кузове, – сказал он. – Вернусь через пятнадцать минут.

— Нам позволено узнать, где мы? – поинтересовался Джакомо.

— Конечно. На общественной автостоянке в Мостаре.

— Не слишком ли на виду? – как и следовало ожидать, прозвучал вопрос Зарины.

— Чем больше на виду, тем лучше. Если действительно хочешь спрятаться, самое лучшее место – на глазах у всех.

— Не забудешь сказать Йосипу, что я ничего не ел и не пил уже несколько дней? – спросил Джордже.

— Мне незачем ему говорить. Он всегда это знает.

Петерсен вернулся в небольшом микроавтобусе «Фиат» на четырнадцать мест, чьи лучшие времена явно приходились на середину двадцатых. Водитель, невысокий, худой и смуглый, со свирепого вида черными усами, сверкал глазами, источая неукротимую энергию.

— Это Йосип, – сказал Петерсен. Йосип с энтузиазмом поприветствовал Джордже и Алекса, которые явно были его давними знакомыми. Петерсен не стал тратить время на представление Йосипа остальным. – Грузите вещи в машину. Воспользуемся автобусом, Йосипу не слишком нравится, если перед входом в его отель будет стоять итальянский армейский грузовик.

— Отель? – переспросила Зарина. – Мы остановимся в отеле?

— Путешествуя с нами, – жизнерадостно ответил Джордже, – следует ожидать только самого лучшего.

Отель, к которому они подъехали, вовсе не выглядел самым лучшим, – во всяком случае, его окрестности вряд ли можно было назвать привлекательными. Поставив автобус в гараж, Йосип повел их по узкой извилистой дорожке, ширины которой не хватило бы даже для автомобиля, и остановился перед массивной деревянной дверью.

— Служебный вход, – сказал Петерсен. – Йосип держит вполне респектабельный отель, но ему не хочется привлекать излишнее внимание, приводя сразу столько народа.

Они прошли по короткому коридору в вестибюль – небольшой, но светлый и чистый.

— Итак, – Йосип оживленно потер ладони, – забирайте свой багаж, и я покажу вам ваши номера. Умойтесь, приведите себя в порядок, а потом ужин. – Он развел руками. – Не «Риц», но, по крайней мере, голодными спать не ляжете.

— Вряд ли я смогу одолеть лестницу. – Джордже кивнул в сторону сводчатого прохода. – Пожалуй, просто присяду там и спокойно отдохну.

— Бармен сегодня выходной, профессор. Придется обслуживать себя самому.

— Что ж, с чем-то приходится мириться.

— Сюда, дамы.

В коридоре наверху Зарина повернулась к Петерсену и негромко спросила:

— Почему ваш друг назвал Джордже профессором?

— Его многие так называют. Такое уж у него прозвище. И можно понять, откуда оно взялось, – он всегда говорит так, будто стоит за кафедрой.

Ужин оказался намного лучше, чем обещал Йосип, но, с другой стороны, боснийские хозяева гостиниц славились своей изобретательностью и находчивостью, не говоря уже о жажде наживы. Учитывая, что дело происходило в разоренной войной стране, предложенная еда выглядела настоящим чудом – далматинская ветчина, рыба-лобан с превосходным белым пошипским вином и, к всеобщему удивлению, оленина, к которой подали одно из знаменитых неретвинских красных вин. Мрачно заметив, что никому не дано знать, что готовит им будущее, Джордже затем молчал беспрецедентные пятнадцать минут. Он и в лучшие времена любил хорошо поесть, а его нынешний аппетит был воистину достоин восхищения.