Тени над Ялтой - Валерий Шарапов Страница 64

Машенька вздрогнула, открыла глаза. Увидела чужую тетю, заплакала.

Нино перевела взгляд на ребенка. Лицо ее дрогнуло. Что-то изменилось в глазах. Она опустила пистолет.

— Дай подержу, — сказала она хрипло. — Дай мне ее подержать.

Варя осторожно протянула дочь. Нино взяла ее на руки, прижала к себе. Машенька всхлипывала, тянулась к матери.

— Сколько ей? — спросила Нино тихо.

— Тринадцать месяцев.

— Она красивая, — Нино гладила девочку по голове. — Такая маленькая. Беззащитная.

— Она хочет есть. Я не успела ее покормить…

Машенька перестала плакать, смотрела на Нино большими глазами. Нино улыбнулась сквозь слезы.

— У Левана тоже дочка была. Умерла от кори. Ей было два годика. Он после этого год не говорил. Просто молчал. Я его выхаживала, как младенца.

Она качала Машеньку, и слезы капали на ее светлую головку.

— У тебя молоко с собой?

— Да, с собой. Там, в пеленку завернуто… — торопливо заговорила Варя, поднимаясь с колен.

— Ее надо покормить, — ответила Нино, нашла бутылочку, коснулась соской губ малышки.

— Осторожнее… — прошептала Варя. — Чтобы не подавилась…

— Э-э-э, не учи… Знаешь, сколько я детей выкормила?

— Я хотела тебя убить, — прошептала Нино через минуту. — Хотела отомстить. Но уже не могу. Не могу убить мать. Не могу сделать эту девочку сиротой.

Варя плакала, закрыв лицо руками.

— Прости меня. Прости. Пожалуйста!

Нино отдала Машеньку обратно. Варя прижала дочь к груди, стала целовать ее в макушку, в щечки, пахнущие молоком.

— Расскажи мне все, — сказала Нино, садясь на траву. — Как это было. Всю правду.

Варя села рядом. Машенька успокоилась, уткнулась маме в плечо. Варя рассказывала сквозь слезы. Про запах духов. Про след губной помады. Про протокол в кармане мужа. Про то, как поехала в Ялту, нашла дом, поднялась в мансарду…

— Я не знала, что за мной следят, — повторяла Варя. — Не знала. Если бы знала, никогда бы к вам не пошла.

Нино слушала. Лицо ее утратило прежнюю жесткость. Она поглядывала на Варю, на ее глаза и губы.

— Я тебе верю, — сказала она наконец. — Верю. Ты не виновата. Виноваты те, кто убил его. Милиция. Следователь Платаний. Они виноваты. И они ответят за это.

Она обняла Варю. Обе сидели, обнявшись, и плакали. Машенька сидела на траве, играла цветком ромашки, потом теребила золотистую застежку на сумочке Нино, тревожно поглядывая на лица женщин, не понимая, почему взрослые плачут.

— Я помогу тебе, — сказала Нино, отстраняясь. — Помогу твоему мужу. Левана уже не вернуть. Но я не дам его смерти быть напрасной.

Варя взяла ее руку, сжала.

— Спасибо. Спасибо тебе.

Нино встала, вытерла слезы. Спрятала пистолет под шаль.

— Уходи отсюда. Уезжай из деревни. Здесь опасно. Барон ищет твоего мужа. А если не найдет его, то придет за тобой.

Она развернулась, пошла обратно по тропинке. Варя стояла, глядя ей вслед, пока она не скрылась за деревьями.

Потом схватила дочь и пошла к деревне.

* * *

В это время в деревню въехала машина. Черная, пыльная «Победа». Остановилась у домика Никитиных. Из нее вышел молодой человек. Светлые волосы, шрам на брови, складка на подбородке.

Он оглянулся. Никого. Рыбаки все в море. Деревня пустая.

Он подошел к двери, толкнул ногой. Дверь распахнулась. Вошел внутрь. Оглядел комнату. Положил руку на простынку в люльке. Тепло. Прошел на кухню. На плите стояла кастрюлька с молоком. Еще теплая.