Девушка для услуг - Сидони Боннек Страница 7

Лондон, в тот же день

«Ягуар» плавно скользит в сторону богатого района Хай-Барнет на севере Лондона. Мягкий свет, характерный только для конца лета, проникает сквозь листву раскидистых деревьев по обеим сторонам шоссе и ласкает глаз. Я блаженствую на удобном пассажирском сиденье, поглаживаю его белую кожаную обивку – прохладную, успокаивающую. Здесь все ново для меня. Мои ладони впитывают эту роскошь. Меня переполняет радостное возбуждение. Я буду учить английский в богатой семье, чтобы потом, вернувшись во Францию, пройти по конкурсу на журфак и навсегда расстаться со своим семейством. Превосходный план!

Дорога, ведущая к дому моих хозяев, выглядит странно: асфальтовое шоссе и лес по бокам. Тротуара нет. Просто длинная, извилистая автомобильная трасса. Пешеходов не видно – либо их здесь и не бывало никогда, либо вымерли, все разом. Машина мчит вперед, и чем дальше, тем реже нам встречаются другие автомобили, такие же роскошные. Весь этот спектакль – для меня одной. У выхода из метро меня ждал отец семейства. Я сильно опасалась нашей встречи – мне никогда еще не доводилось видеть богачей, так что было страшновато. Как с ними положено здороваться, что говорить? Я боялась, что меня начнут разглядывать, насмехаться надо мной. За несколько недель до отъезда я получила от своих будущих хозяев их семейное фото, чтобы я смогла заочно познакомиться с ними и узнать при встрече. Они были сняты на пляже, на фоне лазурного моря, всей семьей – красивые, прекрасно одетые, хорошо причесанные, улыбающиеся, безупречные.

Они тоже смогли познакомиться с моей внешностью: я послала им свою фотку до того, как получить согласие на приезд. Виржини предупредила, что, насколько она их знает, они наверняка проведут тщательный фотокастинг, чтобы выбрать наилучшую кандидатуру. И я потратила уйму времени, выбирая из своих снимков самый удачный, который помог бы мне продаться этим людям как можно выгодней, хотя, конечно, понимала, что им нужна не моя внешность, а усердная, сообразительная помощница, которая будет заниматься двумя их детьми во второй половине дня, работая и няней, и служанкой. Однако эти фотки ничего не говорили о моих способностях. В результате я решила послать им снимок, тоже сделанный у моря, где я сижу на скамейке около пляжа Плуэрнека. Помнится, перед съемкой я навела красоту, намазалась и все такое, потому что это был день рождения Морганы. Только она одна вызывала у меня желание выглядеть женственной.

Я дожидалась отца семейства в толпе, скопившейся у входа в лондонское метро. Высматривала мужчину-брюнета, высоченного, голубоглазого, с бледным лицом и приветливой улыбкой… если он будет в хорошем настроении. И вот он явился, подошел и сразу же мне понравился. Еще до того как назвать себя, он приподнял мой кошмарный пузатый чемодан и со смехом спросил:

— Вы что, привезли с собой свою бабушку?

Я как-то по-дурацки ухмыльнулась, а он протянул мне руку со словами:

— I’m James, nice to meet you[10].

— Я тоже рада meet you, – пролепетала я, и весь мой страх вмиг испарился, вот только над своим английским мне еще предстояло хорошенько потрудиться…

Джеймс Уайт словоохотлив: он рассказывает мне, что работает адвокатом. Нынче утром он был в суде и разбирал совершенно невероятное дело: подробности он пока сообщать не вправе, но скоро я смогу все прочесть в «Таймс».