Партизаны - Алистер Маклин Страница 8

— А у партизан нет ни одного самолета.

— Что еще хуже, у них нет зенитной артиллерии. Вернее, есть крохи, но этим пушкам давно пора в музей. – Петерсен вернул листы в конверт и снова его запечатал. – Через пятнадцать минут мне нужно будет уйти. Полковник Лунц хочет познакомить меня с парочкой людей, с которыми мне не особо хочется знакомиться, – двумя новыми радистами четников. С ними придется нянчиться, пока мы не доберемся до Черногории или еще куда.

— Это со слов полковника Лунца? – На лице Алекса возникло подозрительное выражение, одно из немногих, которые он себе позволял.

— Именно так. Поэтому я хочу, чтобы вы пошли тоже. Не со мной, естественно, а следом за мной.

— Что ж, можно и немного проветриться. В этих номерах слишком душно. – Джордже не особо преувеличивал – его пристрастие к пиву могло сравниться разве что с его слабостью к вонючим черным сигарам. – На машине или пешком?

— Пока не знаю. Можете взять свою машину.

— В любом случае следить за кем-то в затемненном городе сложно. Нас могут заметить.

— И что? Вы уже давно на примете. Даже если Лунц или кто-то из его людей вас засечет, вряд ли он прикажет следить за вами. Что может он, сможете и вы.

— В смысле, засечь тех, кто сядет нам на хвост? Что мы должны делать?

— Проследите, куда меня повезут. А потом выясните все, что можно, про тех двух радистов.

— Кое-какие подробности не помешали бы. Неплохо было бы знать, кого мы ищем.

— Им, скорее всего, лет по двадцать или чуть больше, брат и сестра, Зарина и Михаэль. Это все, что мне известно. На этот раз не действуем напролом, Джордже. Главное – осмотрительность. Такт. Дипломатия.

— Наша специальность. Воспользуемся удостоверениями карабинеров?

— Само собой.

Когда полковник Лунц говорил Петерсену, что два молодых радиста – брат и сестра, в этом, по крайней мере, он ему не солгал. Несмотря на заметные различия в телосложении и цвете кожи, они, вне всякого сомнения, были близнецами. Он – сильно загорелый, явно результат проведенных в Каире лет, черноволосый и кареглазый; она – с безупречной персиковой кожей, без труда сумевшей противостоять солнцу Египта, коротко подстриженными каштановыми волосами и такими же, как у брата, карими глазами. Он был коренаст и широкоплеч, чего нельзя было сказать о сестре, но о том, насколько стройна и пропорциональна ее фигура, оставалось только догадываться, потому что оба они были одеты в мешковатую полевую форму цвета хаки. Сидя рядышком на кушетке, они пытались казаться расслабленными и невозмутимыми, но их очень уж бесстрастные лица лишь подчеркивали настороженность и тревогу.

— Что ж, неплохо, неплохо. Не просто комфорт, а настоящая роскошь. Вы тут, похоже, хорошо устроились, молодые люди. – Откинувшись в кресле, Петерсен обвел оценивающим взглядом большую гостиную.

— Нас сюда поселил полковник Лунц, – сказал Михаэль.

— Не сомневаюсь. Вы его явные фавориты. Мое спартанское жилище…

— Вы сами его выбрали, – спокойно заметил Лунц. – Не так-то просто организовать жилье для того, кто только на третий день сообщает о своем прибытии.

— Тоже верно. Хотя не назвал бы это место идеальным во всех отношениях. К примеру, тут не хватает бара…

— Мы с братом не пьем, – негромко проговорила Зарина. Петерсен заметил, как побелели костяшки ее изящно сплетенных пальцев.