Дневник Берии - Алан Эмлин Уильямс Страница 9

— По контракту предполагается выплата авторских отчислений?

— Нет. Полноправный владелец машинописи продает ее раз и навсегда.

— А кто сказал, что он полноправный владелец? Кто может утверждать, что он ее не украл? Или дал вам не просто копию, а одну из нескольких копий? Как там в России называется их подпольная пресса – та, что печатают на машинке и передают из рук в руки?

— Самиздат. Но здесь об этом и речи быть не может. Если бы это попало в самиздат, мы бы уже знали. Но дело не только в этом, Чарльз. В сделке такого рода необходима определенная степень взаимного доверия.

Он прервал разговор, чтобы заказать кофе и попросить счет.

Уитмор мрачно глянул на его тарелку, пустую и блестящую, словно ее вылизал кот.

— То есть вы призываете довериться совершенно незнакомому человеку в сделке на три миллиона долларов?

— Совершенно верно! – воскликнул Мискин. – Именно поэтому я считаю, что он поведет себя честно. С такими деньгами он ничего не отчебучит. Зачем ему? Ему, как и нам, не нужны запутанные юридические коллизии. Нет, ему нужна быстрая и окончательная сделка, без всяких уловок и условий. Что я и советую вам ему предложить.

— Сай, мне все равно нужно еще время, сорок восемь часов как минимум. И не говорите мне, что он не подождет, каким бы решительным он ни был. Он очень торопится. Если он так торопится, значит, где-то есть подвох – и вы можете ему прямо об этом сказать. И сегодня в четыре он вам позвонит. Каков в этом случае ваш план?

— Сегодня вечером я вылетаю в Женеву, завтра утром прилетаю и еду в «Отель дю Лак» в Веве, где встречаюсь с ним и его адвокатом. Я привезу с собой подписанный вами контракт, а также банковский чек – или банковский перевод, подтверждающий, что чек в пути. Он подписывает контракт, передает вторую половину машинописи, и сделка заключена.

— Контракт готов?

Мискин постучал по внутреннему карману.

— Все готово, кроме названия. Его я внесу, когда мы подпишем контракт. Не хочу, чтобы увидели даже наши юристы. Хватит одного названия и шепотка газетчикам о нем…

— Хорошо. Теперь послушайте. Скажите ему, что прилетите таким же рейсом завтра. Скажите, что я еще не дочитал и что мне нужно дополнительно проконсультироваться с Крулем – обычная задержка. Ведите себя спокойно – ничего такого, что могло бы вызвать у него подозрения, просто дайте ему понять, что мы проявляем осторожность. В конце концов, он выбрал нас, и если хоть немного проницателен, то не будет ожидать от нас безоглядной доверчивости. И еще одно, – добавил Уитмор, когда официант принес им кофе. – Вы уверены, что мы первые в его списке? Не хотелось бы думать, что он торгует этим товаром где-то еще.

С улыбкой притворного смирения Мискин развел руки ладонями вверх.

— Чарльз, как я уже вам говорил, судить мы можем только с его слов. Однако считаю, можно смело предположить, что он начал с самого верха.

Уитмор принял скрытый комплимент коротким кивком, затем встал, не притронувшись к кофе.

— Хорошо, Сай. Летите завтра. А пока, когда будете разговаривать со своим контактом, проверьте, откуда поступил звонок, и попытайтесь выяснить, где он остановился.

Он повернулся и, сопровождаемый группой официантов, исчез. Мискин слишком поздно сообразил, что Уитмор ушел, не подписав контракт, – осторожный старый пройдоха захотел, чтобы его сначала прочли его собственные юристы, со всем мелким шрифтом.