Рукопись, найденная в Выдропужске - Анна Дашевская Страница 93

Помолчав, я спросила:

— А куда девался Кузнецов? Что, господин С. загнал его в новые приключения?

Майор покосился на меня.

— Господин С.? А при чём тут он?

— Разве Сергей не на него работает?

Он фыркнул, словно большой кот.

— Да ни боже мой! Кузнецов – частный сыщик, только он занимается не поиском пропавших собачек и не доказательства измен добывает. Его сфера – проверка надёжности партнеров, аналитика, изучение рынка. Ну и немножечко гражданские дела, когда ему это интересно, например, восстановление семейной истории. Так что работает он на себя, и в данный момент, насколько мне известно, пребывает где-то в окрестностях Томска.

Я только присвистнула. Теперь понятно, почему я не смогла дотянуться…

Когда машина остановилась возле моего подъезда, я вспомнила, что хотела сказать Алябьеву: насчёт соседей!

— Слушай, а остальные, кто живёт в Балаяновском подъезде, их проверили? Ну, не посетители, и не те, к кому они приходили, а непосредственно жильцы? Уж из них-то любой мог спуститься или подняться на пару этажей и…

Надо отдать должное майору, он моментально понял, о чём я говорю.

— Проверили, конечно. Только ты учитывай привходящие обстоятельства: человек должен был знать Веронику, так? Ему должно было быть известно, что она дома одна, и что Балаян в ближайшее время не появится.

— Так. Знакомство было близкое, иначе бы она не стала с ним пить кофе… и коньяк? А как же аллергия на спиртное?

— Во-от, я ждал, когда ты сообразишь! – Алябьев ухмыльнулся. – Коньячные бокалы были протёрты от отпечатков, но слюна на внутреннем крае сохранилась, и её было достаточно, чтобы проверить ДНК. Гостей было двое, мужчина и женщина, коньяк был для них, а Вероника пила только кофе. И это ещё не всё…

Он замолчал. Я демонстративно посмотрела на часы и вежливо поинтересовалась:

— Ты домой-то попадёшь, Ирина дверь не запрёт?

— Ладно-ладно, поинтриговать не даешь! В общем, мужчина этот нам известен, и это как раз тот самый Павел Павлович Назаркин, о котором я тебе говорил сегодня. У нас в базе есть данные о его ДНК, потому как довольно давно, ещё в семнадцать лет, его обвиняли в участии в групповом изнасиловании. Тогда не подтвердилось, зато теперь у нас есть след. И улики.

— Интересно… Так а что соседи?

— А из соседей мы проверили всех, кроме троих: двое мужчин и женщина. Один из мужчин в командировке на заводе в Красноярске, и уже давно, больше месяца. Оттуда он не вылетал, тем более что по нынешнему расписанию самолётов не успел бы вернуться к началу работы. А вот остальные двое просто отсутствуют. Вроде бы дама отбыла на море, но куда и надолго ли, неизвестно.

— В общем-то, никто и не обязан сидеть на месте, как пришитый… – я прикусила палец. – Они там прописаны или снимают?

— Оба арендаторы.

— Оба могут не появиться вовсе.

— Да, – ответил майор мрачно. – Могут, запросто. Всё, иди домой, и я поехал. В пятницу созвонимся.

* * *

К середине следующего дня я уже совсем не была уверена, что в выходные смогу добраться до алябьевской дачи, потому что посыпалось на меня столько и такого…

Во-первых, ответили епархиальные архивы, Вышневолоцкий и Новоторжский. Тверской величественно молчал, и я на всякий случай отправила им ещё одно письмо с миллионом реверансов на всякий случай, от меня не убудет, а им, может, приятность получится. Полученные ответы я открывала с некоторым волнением: а вдруг?