Грибная неделя - Анна Дашевская Страница 95

— Поня-атно. Ну что же, спасибо вам, Екатерина Викторовна. Вы можете идти к себе в комнату.

— Я на кухню пойду, – буркнула я. – Лидия Дмитриевна приболела, и я обещала приготовить ужин. На вашу долю цыплёнка жарить?

Он поколебался, потом кивнул решительно:

— Жарить!

Не дойдя до двери один шаг, я развернулась и спросила:

— Вы к врачу сходили?

Долгов опустил глаза.

— Ещё несколько дней, и боли вернутся, идите, пока хуже не стало!

С этой пророческой репликой я покинула бильярдную.

Алексей Серебряков, художник

После короткого разговора с капитаном я поднялся на второй этаж. В моей комнате, как и в прошлый раз, поджидал Браницкий.

— Ответа от нотариальной конторы нет, – сообщил он мрачно.

Я пожал плечами.

— И надежды никакой не было. Нотариусы, как и таксисты, по всему миру одинаковы: рабочий день короткий, как воробьиный свист. Плюс девиз «бумага должна отлежаться». Хорошо, если в понедельник-вторник пришлют. Вернее, не так: хорошо, если вообще ответят!

— А я надеялся, если честно, – Олег поморщился. – Ладно, что уж там, будем ждать. Хотя бы из любопытства. Ты мне лучше вот что объясни: каким образом Катерина собиралась услышать, что будут говорить в бильярдной?

— Понятия не имею! – я зевнул. – После ужина пойдём подышать свежим воздухом и спросим у неё. Девушка несколько экзальтированная, могла и придумать. Да, кстати, мне пришла кое-какая информация про антикварные дела Таманцева.

— Ну да, Катерина же говорила, что он её использовал как консультанта.

— Её – как консультанта по фарфору. Но ты понимаешь, это узкий рынок, там все всех знают. Так что мой приятель…

— Который из полиции?

— Да. Так вот, он поговорил с некоторыми игроками антикварного рынка, и вот что выяснил: Таманцев довольно лихо влез в торговлю историческим холодным оружием. И у него был помощник, посыльный, адъютант, называй, как хочешь.

— Кто-то из «Садов Эдема»? – Олег заинтересованно поднял голову.

— Именно. Миша Лозовой.

— Интере-есно… Но, если Таманцев вторгся на чужую делянку, может, его за это и того?

Я покачал головой.

— Мы снова упираемся в вопрос: почему здесь и сейчас? В Москве всё это проделать было бы проще и безопаснее.

— В Москве за убийцей бы гонялись не полтора человека, а хорошо сбитая команда, – Олег достал телефон. – Напишу Петру, пусть покопает вокруг Лозового. Может, что интересное найдёт…

— Напиши, да и пойдём ужинать, а то я усну сейчас. Развращающе на меня действует свежий воздух!

Ужин сегодня получился, конечно, странноватый. Полдня капитан Долгов нас допрашивал по одному, а потом, нимало не сомневаясь, уселся с нами за один стол. Я понимаю, конечно, что вечер поздний, до дому ему ещё ехать и ехать, а голод не тётка, но всё же… Отчего-то мне это было неприятно.

Впрочем, ещё до того, как стали разливать чай, в столовую зашёл участковый, Карелов, кажется, и кивнул Долгову. Тот поднялся из-за стола.

— Девушки, благодарю за ужин, всё было волшебно! Вынужден с вами распрощаться.

— Погодите, так что, мы должны торчать здесь до понедельника? – резко спросила Екатерина Дмитриевна.

— Боюсь, что да. Вы можете, конечно, съездить в Суздаль, но лучше гуляйте в лесу, дышите свежим воздухом. В Москве такого не дают. Если кто-то что-то вспомнит – мой телефон есть у всех!

И он вышел вслед за участковым.