Слова Королей и Пророков - Шона Лоулес Страница 103

Я соскучилась по общению с Мурхой. Да и томление, охватившее меня после того поцелуя, тоже никуда не исчезло. Впрочем, держаться друг от друга подальше было верным решением. Я не могла рассказать о себе правду даже Броккану, а уж тем более Мурхе.

Броккан умчался вперед – на сотню шагов или чуть больше. Он спустился к реке, подозревая, что грибам нравится влажная почва, но я-то лучше знала, где их искать. Печеночница обычно росла в сырой земле у корней берез, а впереди как раз виднелась роща белых стволов.

У меня за спиной хрустнула ветка, и я замерла. За нами кто-то наблюдал.

Я огляделась по сторонам, изучая стволы и ветки. Шенна? Нет, ворона Томаса я нигде не видела еще со дня святой Бригитты.

Тогда что же это? Я едва могла дышать. А вдруг это был волк?

Я взглянула на Броккана: мальчик тоже неподвижно стоял на месте и прислушивался. Когда мы встретились взглядами, он дотронулся до уха, словно спрашивая, услышала ли я загадочный звук.

Я кивнула.

Мы продолжали ждать, но новых звуков так и не послышалось. В лесу царила абсолютная тишина, но это лишь подтверждало, что треск мне не померещился. Что бы это ни было за животное – волк или олень, – оно распугало остальную лесную живность.

Осторожно приблизившись к племяннику, я схватила его за руку.

— А может, это великан? – шепнул он мне на ухо. – Один из фоморов, о которых нам рассказывал Мурха.

Мы подождали еще немного, затаив дыхание, но загадочный звук так и не повторился. Вскоре в лесу вновь послышалось пение птиц.

Убедившись, что по нашему следу не шел никакой хищник, я рассмеялась:

— Может, и великан. Несладко бы нам пришлось, если бы нас сцапал фомор!

Броккан приоткрыл рот.

— Он бы угнал нас в рабство! Мурха ведь так говорил, да?

— Все верно. Фоморы всегда были жадными и охочими до власти. Они хотели владеть всем, что только попадалось им на глаза, и долгие столетия население Ирландии томилось у них в рабстве.

— Что, всей-всей Ирландии?

— Всей-всей. Короля фоморов звали Балором, и у него был огромный глаз. – Я сложила круг из пальцев и прижала ко лбу. – Когда королю Балору что-то не нравилось, он выпускал из этого глаза пламя, сжигая всех непокорных. Он уничтожал их земли и обрекал их семьи на страдания.

— Как же люди их победили?

Я с улыбкой подумала об истории своего народа. Я вспомнила, как мы с Роунат вечерами сидели у огня, а отец рассказывал нам легенды о наших предках. Я вспомнила и то, как позже поделилась этими историями с Ифой. Больше всего дочери нравилось сказание о Второй битве при Маг Туиред, где великанам нанесли сокрушительное поражение. Она постоянно просила меня рассказать ее снова.

«Нет, мама. Только не в этот раз. Останься со мной, пока я не усну, и расскажи мне что-нибудь. Какую-нибудь легенду или сказание, которые вы с Роунат слышали от дедушки».

— Тетя Фоула? – поторопил меня Броккан – точь-в-точь как некогда Ифа. – Так как же люди одолели великанов?

— Их спасли Туата Де Дананн.

Броккан уставился на меня во все глаза:

— А это кто?

— Волшебный народ, который прибыл в Ирландию и сразился с фоморами, чтобы даровать свободу местным жителям. У их владыки, короля Луга, было волшебное копье, которое било без промаха, и он метнул его в колдовское око короля Балора. – Я схватила ветку и притворилась, что запускаю ее в мальчика. – Угадаешь, что случилось потом?