Убей любимых - Л. Э. Харпер Страница 135

Наконец она отдохнет.

Одной безлунной зимней ночью она ушла с работы и вернулась в свою квартиру. Подумала о делах, но поняла, что ей нечего приводить в порядок. Имущества у нее было немного, и почти все никчемное. Ей было нечего передавать, кроме счетов и скелетов давно почивших мечтаний.

Ее единственной ценностью оказался ноутбук – не потому что был дорогим, а потому что содержал в себе изложение ее души. В нулях и единицах хранил вселенную. В электронных таблицах и документах таил рецепт ее сердца.

Как ни парадоксально, она не хотела, чтобы кто-нибудь видел написанные ею книги, созданные ею миры, если ее не окажется рядом, чтобы разделить впечатления. Ей виделась поэтическая справедливость в том, чтобы история, начавшаяся с нее, с ней и закончилась.

Она подумывала, не разбить ли ноутбук.

Но не смогла.

В конце концов она выключила его и спрятала в ящик стола. Достала скальпель, прихватила бутылку текилы и направилась в ванную. Она набирала воду, пока комнатку не заволокло паром. Разделась догола, отбросив стеснение. Больше ничего не имело значения. Ничего никогда не имело значения; она пожалела, что ей хватило ума поверить во что-то другое.

Вода обожгла ее, когда она скользнула в пожелтевшую ванну. Ее тело протестовало, но сама она после четырех стопок текилы стала глуха ко всему – и к жару, и к алкоголю, и к острой боли в руках, там, где рассекло кожу.

Жар сменялся холодом по мере того, как кровь струилась из порезов, окрашивая воду и пятная стенки ванны алыми полосами. В ее предплечьях пульсировала боль, перекликаясь со стуком частящего сердца. Ее тело замерзало. В мозгу туманилось.

Она теряла сознание.

Она засыпала.

А потом…

А потом…

Я просыпаюсь. Я проснулась, но мертва.

На один кошмарный, бесконечный миг я становлюсь ничем…

Совсем ничем…

Бесчувствие, забвение, ни ощущений, ни мыслей, ничего…

— Еще рано, – шепчет голос Залора мне на ухо. – Я хочу, чтобы ты увидела. Чтобы ты поняла.

Я трясусь и задыхаюсь. Воздух трепещет в горле, застряв за вставшим посередине комком. Кошмарное видение возвращается. Перед глазами плещется вода, темная от крови. Я чувствую запах, резкий, металлический, с оттенком тошнотворной сладости. Я не вижу, как кровь поднимается на поверхность воды, но все чувствую.

Моя голова повисла под болезненным, неестественным углом. Капля слюны повисла на кромке приоткрытых губ. В этом нет ничего поэтичного. В моем теле, обмякшем и безжизненном, как скомканная салфетка, нет ни намека на мученичество или силу.

В глазах у меня все плывет и чернеет. Я снова пропадаю, теряясь в бескрайнем, ужасающем ничто…

— Еще рано, – рассекает пустоту смерти голос Залора.

Его магия приводит меня в чувство, мое сердце оживает. Он вынуждает меня столкнуться с самой собой. Вот она я, истекаю кровью в своей грязной ванной в однокомнатной квартирке.

Тошнота поднимает свою мерзкую голову, но я слишком слаба, чтобы напрягаться, слишком далеко уплыла, чтобы исторгнуть из себя яд. Истина плещется на поверхности воды, похожая на маслянистую пленку, отвратительная и постыдная. Взирает на меня, насмехаясь и издеваясь.

Я не герой своей истории.

Я злодей.