Жертва Весны - Надя Хедвиг Страница 137

В коридоре хлопнула входная дверь. В этот момент в комнате затрезвонил телефон.

* * *

Я сидела на кровати и тупо смотрела на экран с вызовом. Звонила Пальмира. Воображаемый таймер возобновил отсчет. Она вернула Альбину к жизни? Или звонит, чтобы сказать, что все кончено?

— Да?

— Здравствуй, девонька, – выдохнула Пальмира.

— Вера, – на автомате поправила я.

— Вера. Я только что с кладбища. – Судя по звукам на заднем плане, Пальмира быстро куда-то шла. Я уловила стук, как будто пустые бутылки бились друг о дружку. – Порчу я сняла.

Я издала невнятный звук. Сама не поняла, что это: вроде бы вздох. Или всхлип.

— Но она не хочет возвращаться, – продолжила Пальмира. – Так бывает. Зависшая душа по какой-то причине не хочет возвращаться на землю.

— Она вам сама это сказала? – уточнила я.

— Они не говорят. Передают ощущения. Чувства.

— И что ощущает Альбина?

— Горечь… Грусть. Да, пожалуй, огромную грусть. Она не хочет возвращаться в страдания.

— У нее же дети, – беспомощно возразила я.

— Отсюда и печаль, думаю. Ей жаль детей. Но она… Я не могу ее призвать против воли. Понимаешь, девонька?

— Вы же сами говорили, что судьбу можно переломить!

— Можно, – задумчиво отозвалась Пальмира. – В теории. Только зачем? Пожалей ее.

Я положила телефон на колени. Пожалеть? А кто меня пожалеет? Кто пожалеет Танюшу и маленького Святика? Всех нас – кто не выбирал свою судьбу. Кто живет по чужим правилам. Если Альбина не вернется и не передаст силу, Дев больше не будет? Или я стану жить с голосами в голове круглые сутки, и это никогда не закончится?

— Ты слушаешь, Вера? – спросила трубка голосом Пальмиры.

— Да.

— Когда девочка твоя, Осень, себя резанет, лучше сразу ее ко мне отправь, в больницу не надо.

— Вы еще и будущее видите?!

Я хотела сказать, что даже я его не вижу.

— А тут не надо видеть, чтобы предсказать, как оно будет, – спокойно сообщила Пальмира. – Нина твоя отчаянная, резвая, один в один как моя дочь. Тут и расклада не нужно. Хотя я, конечно, сделала.

— Нина попытается себя убить? – мой голос осип почти до шепота.

— Ага. Предупреждать смысла нет – не сработает. Главное – поймать ее вовремя. Но с ней рядом кто-то есть… Он подхватит. Все, пора мне. Пока. Еще свидимся, девонька.

В трубке послышались короткие гудки. Я откинулась на спину. По телу проносились волны боли. Начинались в пальцах ног, прокатывались по позвоночнику и заканчивались где-то во лбу. Боль качала меня, баюкала, отвлекая от по кирпичикам рассыпающегося мира. Он рассыпался все это время. И теперь рухнул окончательно.

Мозг просчитывал варианты. Позвонить одному из Смотрящих? Это их работа – следить за тем, чтобы все не развалилось. Или позвать Лестера? Хотя сколько можно. Он прав: я только и делаю, что зову его. Я вытащила его из небытия, чтобы снова играть в маленькую девочку, которой страшно и больно – и которой очень нужен кто-то рядом.

Пора вырасти. Принять реальность такой, как она есть. Что там Александр говорил про перестать переть, как танк?

Хорошо. Я не буду.

Я опустила руки вдоль тела. Зачем-то прикоснулась кончиками пальцев к ледяным ладоням. Вдохнула поглубже, медленно выпустила воздух через нос и сделала то, что на самом деле произошло уже давно, тогда, когда Хельга оставила на моих губах свой отвратительный поцелуй.