Среди змеев - Марк Дж. Грегсон Страница 140

— Плясать?! – не выдерживает Родерик. – Эта тварь нам путь перекрыла!

Ветра хлещут в нас со всех сторон, и у Ес от усталости трясутся руки. Я сам дрожу, схватившись за перила. За нами вся эскадрилья. Крейсеры Стражи дают очередной залп в голову октолона, а он отшвыривает в сторону остров. Вскидывает огроменные щупальца, закрываясь от выстрелов, и вспышки взрывов подсвечивают его чешую.

— Постойте, – произносит Брайс. – Октолон… у него какая-то система маскировки.

Я в ужасе смотрю, как тело чудовища меняет цвета. По его шкуре прокатывается серо-голубая рябь, а потом он внезапно… пропадает, слившись с темнотой.

— Он мимикрирует! – кричит в коммуникатор Оба.

— Зенитки! – командую я в ответ. – Подпалите ими чертово небо!

И в гущу бури летят золотистые искры. Вот только яростные ветра гасят и сносят их.

Сквозь эскадрилью проносится огромная тень, и незримая сила внезапно раскручивает «Телум». Суда стражей резко уходят в стороны, тогда как турели «Якулора» посылают гарпуны прямо в нас.

— Прекратить огонь! – пригнувшись, кричу я. – ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ!

«Гладиан» дрожит, атакованный «Якулором». Одного гарпуна хватит, чтобы пробить наши трубы с газом, и тогда мы потонем.

Есения борется со струнами. Она уже на пределе, практически обессилела, но посреди шторма заменить ее некем.

— Мы почти долетели, Ес, – говорю. – Продержись еще немного.

Она решительно хмурится.

В тумане мечется похожий на тень силуэт октолона, и вспышки молний подсвечивают его щупальца. Тварь снова показывается, бьет по нам, а потом пропадает.

— Слишком быстрый, буря его не сдерживает, – говорит Арика. – Он словно управляет ею.

Мы на полном ходу идем следом за «Римором» всем составом, но тут щупальца октолона рассекают эскадрилью посередине. Родерик в ужасе орет, когда одно из них оплетается вокруг «Отважного».

— НЕТ!

Крейсер выдергивает из строя, точно игрушечную лодочку из ванны. У меня мурашки по телу.

— Оставь их, – говорит Маг. – Надо выбираться.

— Нельзя! – кричу в ответ. – Пли! – приказываю эскадрилье. – ОГОНЬ!

Ударяем из всех орудий, и я, невзирая на бурю, на ветра, на то, что поступаю чертовски глупо, отстегиваюсь. Стиснув зубы, бегу к оружейной платформе. Ветер обрушивается на меня, грозя оторвать от палубы, но я все же снимаю с платформы контейнер с оружием. Кривясь от натуги, беру ручной гарпуномет. Стреляю из него в голову монстру. Родерик давит на спуск, посылая в него гарпуны, пока наконец турель не издает характерный вой – магазин опустел. Брайс тоже поливает монстра огнем, пока и у нее не заканчивается боекомплект.

Эскадрилья атакует октолона всем, что есть.

Под огневым натиском монстр становится оранжевым. Гарпуны входят в его плоть, от взрывов мин по телу пробегают волны и рябь. Струи пламени с одного из охотничьих судов до черноты опаляют присоски. Облака и дымка озаряются вспышками.

Однако монстр, несмотря ни на что, все ближе притягивает к себе «Отважный».

— Больше, – говорю, чуть не ложась на оружейную платформу. – Надо освободить «Отважный».

— Принц, – тихо произносит Маг. – Их больше нет. Ты говорил, что остановок не будет. Коридор закрывается.

Я медлю. Одно дело – сказать, что мы не остановимся, и другое – бросить людей на погибель.

«Гладиан» неожиданно дергается. Есения валится с ног, повиснув на струнах. Видимо, упала в обморок от усталости. Штурман соскальзывает с нажимной плиты; ее руки выпадают из колец на струнах, а купол кабины открывается и уходит под палубу. Рухнув с платформы, Есения катится по палубе и валится в страховочную сетку.