Ветер и Правда. Том 1 - Брендон Сандерсон Страница 153

Обитатель этого самосвета поспешно выбрался на пробку и тут же стал таять, возвращаясь в Когнитивную реальность. Рушу поднесла к нему зажатый в щипцах уголь. Другой ревнитель с помощью камертонов заиграл тон, который, как они надеялись, действовал на спренов успокаивающе. Спрен прекратил исчезать, перепрыгнул на уголь в руке Рушу и позволил ей вернуть его в печку.

В следующую секунду она достала другой уголь с новым спреном пламени, покрытым пылающим красным «мехом» и с моргающими светящимися красными глазками. Успокоившись от производимого камертоном звука, спрен позволил поднести себя к фабриалю. С помощью современных техник рассеивания буресвета его заманили внутрь. Наконец, заткнув самосвет с новым спреном пробкой, фабриаль перезарядили силами Сияющего и включили, чтобы он снова начал греть.

«Что за мерзость ты творишь теперь?» – спросил Сородич в голове у Навани.

«Мерзость? – откликнулась она. – Разве ты не видел, что мы только что проделали?»

«Заточили спрена, – ответил Сородич, – обрекли на муки рабства».

Навани нагнулась к стеклянной заслонке, за которой прыгали по углям спрены.

«Муки, говоришь? Скажи, Сородич, который из них побывал в заточении? Если он и мучился, я не вижу никаких последствий».

«Все равно держать спренов в таких крошечных темницах неправильно», – не отступал Сородич.

— Светлость, – сказала Рушу, склоняясь рядом с королевой и разглядывая пляшущих в печке спренов, – это в самом деле возможно. Вы читали труды Геранид и Ашира, которые я вам дала?

— Частично, – ответила Навани, – до вторжения. Я знаю, что им удалось сохранить одних и тех же спренов пламени в течение нескольких месяцев подряд и те не пропадали в Когнитивной реальности. Для этого необходимо поддерживать огонь.

— Да, но это не все! – подхватила Рушу. – Из их исследования я узнала нечто поразительное: спрены пламени остаются на месте еще дольше, если их вознаграждать.

— И какой же награды хотят спрены пламени? – спросила Навани. – Больше углей?

— Имен, – поведала Рушу. – Имен и комплиментов. Светлость, когда о спренах думают, их форма меняется в соответствии с мыслями.

— Я читала о процессе придания формы, – кивнула Навани. – Если их измерить, они застывают в зафиксированных размерах. Однако… комплименты?

— Этого зовут Биппи, – сказала Рушу, указывая на одного из спренов. – Видите вихорчик у него на макушке?

Почувствовав направленное на него внимание, Биппи взглянул на них, подскакал к дверце печки и уставился наружу непропорционально большими глазами. Частица самого огня откликалась на простое упоминание данного ей имени.

— Потрясающе! – восхитилась Навани.

Следовавшие за ней спрены славы закружились вокруг обеих женщин.

— Со временем мы сможем их разводить, – продолжила Рушу. – Целый… табун? Косяк?

— Я голосую за язык, – высказался другой ревнитель. – Язык спренов пламени.

— Пусть язык, – согласилась Рушу. – Будет целый язык одомашненных спренов пламени. Судить пока рано, но вы, светлость, вероятно, правы. Если они поддаются дрессировке, то их можно научить забираться в фабриали и вылезать обратно по команде.

«Одомашненные спрены пламени? – подал голос Сородич. – Чушь!»

«Неужели?» – отозвалась Навани, все еще наблюдая за Биппи.

Рушу водила пальцем перед стеклом из стороны в сторону, и Биппи бегал туда-сюда вслед за ним. Когда Рушу похвалила его за фокус, Навани готова была поклясться, что спрен засветился ярче.