Великая Библиотека - Анастасия Шелест Страница 17

Так выглядят люди, у которых есть ответы на все вопросы. У них все под контролем, и спокойствие расходится от них волнами. Мне этого чудовищно не хватает.

Серый взгляд впивается в мое лицо, и в строгий голос причудливо вплетаются успокаивающие нотки.

— Разве тебе не стыдно, Теодора? – О, мне безумно стыдно, и женщина это точно знает. – Не хочешь попросить у Дианы прощения? Давай, подойди. Я помогу тебе. Стрелять в родную тетю просто невежливо.

Ноги сами делают шаг. Женщина говорит так, словно эту ошибку легко можно исправить, и все остальное теряет значение.

Я шагаю еще раз, когда передо мной вырастает фигура Марка. Он отгораживает меня плечом, и вспышка досады не вырывается только благодаря его насмешливой фразе:

— Пытаться прикончить любимую племянницу тоже не очень-то вежливо.

Язвительный тон смывает с меня наваждение. Я моргаю, мотнув головой, и осматриваюсь, тут же проваливаясь в отчаяние. Как я умудрилась не заметить? Никто из нас не заметил?

Мы загнаны в ловушку в центре перекрестка из книжных шкафов. Перед нами – странная женщина. Справа – двое подростков с отсутствующими взглядами, слева – неподвижный широкоплечий мужчина. Внутренний голос предостерегающе велит этого не делать, но я все-таки оборачиваюсь, тут же пожалев.

Сзади стоит Диана. Лицо у нее совершенно непроницаемое, а на теле не осталось даже крови. Она смотрит то ли сквозь меня, то ли на женщину впереди.

По коже пробегает холодок. Если о странностях говорить уже поздновато, то сейчас становится по-настоящему жутко.

Раздраженный вздох женщины на мгновение разрушает ее преисполненный спокойствием образ, но она тут же берет себя в руки. Поджав губы, она поводит подбородком и сожалеюще сводит брови.

— Что уж тут поделать? Едва ли у Дианы был выбор. Правила есть правила, мы все им подчиняемся. – Уловив секундный смешок Марка, она строго щурится и заявляет: – Я осведомлена о вашем отношении к правилам и уставам, Марк. Поверьте, это не делает вам чести.

Да что происходит? Я давно перестала понимать что-либо – буквально с нашего появления в этом странном месте, – но сейчас последняя капля абсурда падает в чашу терпения, переполняя ее, и я уже не в силах сдерживаться.

Нам нужны ответы. Мне нужны. И я собираюсь их потребовать, но женщина опережает. Она миролюбиво улыбается и произносит:

— Послушайте, я прекрасно понимаю ваше недоумение. Мы тоже удивлены, даже несколько ошарашены. Я предлагаю решить все мирно, без бессмысленной беготни и ущерба для бесценных книг. Поверьте, скрыться еще ни у кого не выходило.

Мое перегруженное сознание не справляется. Усталость побеждает. Я вижу несостыковки, но не могу их проанализировать. Разве предложение мирного решения сочетается с очевидной угрозой? Как это возможно?

Пока я вяло перебираю в голове риторические вопросы, Эрик выступает вперед, загораживая меня полностью, и в его голосе сквозит неприкрытое напряжение.

— Кто вы?

Мне приходится шагнуть в сторону, чтобы разглядеть, как женщина разводит руками, представляясь:

— Я главный Библиотекарь.

Сухой смешок царапает глотку. Она считает, что это все объясняет? Вот еще библиотекари только за нами не охотились. Этого-то и не хватало для полного счастья.

Скосив взгляд на Берта, я облегченно выдыхаю – судя по его вытянутому лицу, не мне одной упорно кажется, что мы провалились в абсурдный сон. Все это просто не укладывается в голове. Может, незачем и пытаться объять необъятное?