Тьма у трона - Элиот Лилит Страница 6

Александр стеклянно рассмеялся.

— Какой хороший воспитательный прием. Странно, что бабушка не включила его в свое наставление о том, как полагается воспитывать детей.

— Ваше высочество…

— Не зови меня так! – Александр сам вздрогнул от своего резкого тона. Закрыл лицо рукой. – Господи… И зачем только он отменил указ о престолонаследии? Сделал бы цесаревичем Константина или Николая, а меня бы оставил в покое. Можно подумать, я хочу править! В гробу я видел и престол, и все эти придворные интриги.

— Александр Павлович, – голос Алексея до того не подходил для ласковых увещеваний, что он сам поморщился. – Вы слишком близко к сердцу принимаете слова, которые ваш отец сказал в гневе, в самый тяжелый день своей жизни.

Александр отшвырнул рукопись, будто ядовитую гадюку.

— Мне это прислали не в тот же день, – процедил он. – Графа Строганова не в тот же день отослали с дипломатической миссией. Александра уехала не в тот же день. И ты не заметил, что матушка с Куракиным все еще не возвратились из Гатчины?

— Потому что в городе пока небезопасно. Даже фасад дворца еще кое-где осыпается. Я бы тоже повременил возвращать сюда супругу с маленькими детьми.

Александр поморщился.

— Ты сам знаешь, что дело не в этом. Так никто не выскажет ему, что думает. И за меня некому вступиться.

Алексей устал повторять одно и то же.

— Вы так говорите, будто вас уже арестовали и готовятся заключить в крепость. Вам запрещено покидать покои?

— Моя нога мне запрещает.

Значит, нет.

— И, судя по тому, как хорошо вы осведомлены, кого куда отправляют и не отправляют, гостей к вам тоже пускают свободно.

— Некоторых – лучше бы не пускали, – буркнул Александр. – Граф Панин, кажется, вообразил себя моим новым лучшим другом. Все ходит справляться о моем самочувствии. Решил, что нашел во мне собрата по галлофобии.

— Так почему вы ведете себя так, будто вас держат в застенках Петропавловской крепости?

На лице Александра застыла тоска.

— Ну конечно ты во всем с ним согласен.

В этом дворце с тысячью ушей даже простое «не во всем» могло стать для Алексея роковым. Он вздохнул.

— Это правда, я слуга своего императора. Но еще я ваш друг. Мало кто желает мира между вами двумя так, как я. И если я верю, что еще не поздно все исправить, неужели не верите вы?

Грустная улыбка коснулась губ Александра.

— Кроме веры, мне ничего другого и не остается.

Сегодня он куда меньше походил на ангела и куда больше – на понурого щенка. Даже захотелось встрепать ему волосы, будто он не наследник престола, а его младший брат.

— Не горюйте, Александр Павлович. – Алексей поднялся с кресла. – И ради всего святого, почитайте что-нибудь не такое мрачное. Хотите, пришлю вам что-нибудь по военной тактике?