Громов. Хозяин теней. 7 - Екатерина Насута Страница 61

Я протянул руку, и Еремей, хмыкнувши, отсыпал конфет.

— И ты держи, бестолочь, — сказал он. — В общем, завтра всё и скажет. Она подумывала забрать вас, чтоб на обед. Аккурат и будет время.

— А если Ворона убрать попробуют?

— Могут, — подумав, согласился Еремей. — Вопрос, конечно, хороший. И сложный. Только не так это просто.

— Почему? Пошлют кого и…

— И что? — Еремей хитро прищурился. — Вот смотрит, случись твоему Ворону вдруг помереть, то что будет?

— Что?

— А вот тут зависит от того, как он помер. Коль у себя в постели тихонько, то доктора позовут, целителя, чтоб установил, что человек — покойник, а не спит глубоким сном.

— А! точно! — Метелька сидел рядом. — Мне бабка сказывала, что не у нас, а в соседней вёске, у дальней сродственницы её кумы невестка была, которая одного дня не проснулася. Вот прям раз и всё! Её и трясли, и водой колодезной поливали, и волос собачий перед носом палили.

— А волос зачем? — мне стало интересно.

Главное, как у него получается? О серьёзном деле говорим вроде бы, а тут он со своей бабкой. И я слушать готов.

— Так, первейшее дело, чтоб из этого… обморока! Вот. Но ничего. И решили, что помёрла. Молодая-то молодая, но оно ж по-всякому бывает, — сказал Метелька важно. — Значится, похороны готовить надо. Уж родня и расстаралась. И батюшку покликали, и плакальщиц. Небедные люди были. На поминки блинов напекли прям горы…

Еремей фыркнул, но перебивать не стал.

— После-то отпевания понесли её на кладбище и в могилу поклали. А время-то аккурат наперед зимы было. И землица подмёрзла, стало быть. Но положили, стали засыпать. А она как вскочит! Как завопит! Мол, что вы творите, ироды сущие!

— Тише, — попросил Еремей, потому что Метелька и вправду вскочил и заорал.

— А, да… звиняйте. Ну и живою оказалась. Её там прямо на месте вилами едва и не того… но батюшка не дозволил. Перекрестил, потом ещё молитву прочёл. Ну и ей велел, само собою. Она тоже, значит, прочла. А раз так, то и не нежить. Вот оно как бывает-то! Я после ещё долго спать боялся. Ну, вдруг да усну и похоронят так от? Если летом? Летом земля тёплая, закопают и не моргнут даже.

С его бабкой странно, что он только спать боялся.

— Вот поэтому и позовут целителя, который точно установит, что человек умер, — пояснил Еремей, потрепавши Метельку по макушке. — А если хороший целитель, то скажет и от чего умер. И что с ним не так.

По тому, что я видел, с Вороном многое было не так. Но заметит ли это целитель? Насколько его странная способность и тварь внутри изменили Ворона физически?

И знают ли те, кто это с ним сделал, об этих изменениях?

Нет, я бы на их месте не стал рисковать. Кроме того… допустим, уберут они Ворона, а тварь? Твари живучи. И мёртвое тело для них подходит не хуже живого. А ну как она натянет на себя человечью шкурку и пойдёт веселиться? А это точно ЧП, которое не обойдётся без пристального внимания и со стороны властей, и со стороны Синода.

— А если… скажем… несчастный случай какой-нибудь? Такой, чтоб от тела только кости и остались? — предположил я. — Хотя… такое тоже устроить непросто.

В голову ничего этакого не приходит.

Каравайцев шёл, споткнулся и упал в бак с кислотой, случайно закопанный на тропинке?

Опрокинул на себя канистру керосину и решил покурить?