Темные тропы - Джули Шэн Страница 7

— Ты мешаешь мне работать, – прошипел он, вытирая струйки дождевой воды и крови со своей ладони. В голосе слышались усталость и раздражение. – Ещё чуть-чуть, и я бы смог её прикончить.

Хара поджала губы, не зная, что ответить. Её волновал не только холодный тон брата, но и странное сочувствие, которое она вдруг испытала к этому существу.

— Ты не слышал? Она… – начала Хара, но прикусила язык. Как объяснить, что у неё в голове звучал голос духа? – Она не хотела нас убивать, – закончила Хара, отвернувшись от рассерженного Дохёна.

— Это мульгвишин, – процедил он, словно объясняя прописную истину. – Она утопленница. Утопленники всегда ищут жертву, чтобы заменить себя и обрести покой. Ты сама вчера мне читала это вслух. У них нет качеств, которые ты пытаешься в них разглядеть.

Хара снова почувствовала себя маленькой девочкой, которую отчитывали за проступок. Осталось только руки сложить на груди и обиженно надуться. Но от этих мыслей её отвлекло нечто, что она заметила на стене, там, где исчез дух. Хара пригляделась: идеальный круг с восемью спицами внутри и какими-то символами по краю. Она моргнула, и рисунок поблёк, а через мгновение исчез, словно его и не было. Хара торопливо вытерла глаза: могло почудиться под ливнем. Она оглянулась на брата, но тот явно ничего не наблюдал. Дохён стоял с угрюмым выражением лица и разминал руку, словно старался унять дрожь в ней.

Он нагнулся и поднял тряпку, что бросил на землю раньше.

— Пошли, – буркнул Дохён недовольно, – придётся возвращаться в другой раз.

Пока они поднимались к парковке, где оставили машину, Дохён заматывал кымганчжо в ткань, а Хара старалась не показывать, насколько сильно её обеспокоило сегодняшнее происшествие. Вот только запах застоявшейся воды и ила сорвал на мгновение маску с её лица. Страх лизнул сердце. Дохён, судя по всему, снова ничего не почувствовал. Он даже бровью не повёл, хотя обычно первым замечал неладное.

Хара попыталась заговорить:

— А тебе не кажется, что что-то… происходит? Я не знаю, как объяснить. Ощущение, будто…

— Не кажется, – резко ответил он, даже не повернув головы. – Мне всё кажется нормальным. Кроме того, что ты помешала сегодня.

— Но… – Хара осеклась. Брат всегда защищал её и оберегал настолько, что правду о семье она узнала от силы года три назад. А после того, как отец пропал, опека только усилилась: Дохён привык командовать и контролировать. В его глазах всё, что Хара сейчас скажет, будет звучать как детская блажь. – Ладно.

Она замолчала, раздражённо сопя, и просто пошла следом за братом. Но когда они добрались до машины, Хара потянулась к ручке дверцы и увидела на своём запястье странное пятно, похожее на какой-то символ. Стоило ей моргнуть и потереть пальцем это место, как пятно исчезло, оставив на коже лишь неприятный холодок. Видимо, Хара стала слишком впечатлительной.

Всю дорогу до района Сонбук-дон, где находился их дом, они ехали в тишине. Здесь, у горы Пугаксан, жили многие знаменитости, располагались резиденции послов некоторых стран, и их особняки затмевали и красотой, и размерами дома обычных людей. Родовое гнездо семьи Кан одновременно выделялось среди прочих и выглядело более чем незаметно. Это был обычный ханок[13] на отдалённой улице Тэсагван-ро. И в нём сохранилось много традиционных элементов: скатные крыши с извивающимися керамическими коньками, внутренний дворик, каменные фонари в углах сада. Когда они с братом вошли внутрь дома, Хара ощутила знакомый запах дерева, лака и старых свитков, пропитанных дымом благовоний.