Фронтир - Яков Литвинов Страница 91

— Верно. Потому в случае моей смерти до совершеннолетия наследника лордом-протектором моего Круга я объявил вас.

— Меня?

— Не стоит так удивляться. Я уверен, что, несмотря на ваши убеждения, вы сможете разобраться в ситуации и править не хуже меня. Вот увидите, не так всё страшно, как кажется.

— Мне льстит ваше доверие, но все же я рыцарь, а не правитель.

— Пожалуй, у вас просто недостает опыта. Я уже говорил, что вижу в людях их таланты и что на самом деле вы птица высокого полета, как бы ни пытались убедить всех в обратном.

Валлерстайн улыбнулся и отпил шампанского. Его улыбка показалась Луцию немного пугающей, будто лорд видит его насквозь:

— И у меня есть мысль по этому поводу. Скажите, милорд, вы вообще видели нашу страну в мирное время?

— Как-то не удавалось. Если и приходилось где-то бывать, то времени любоваться красотами не было.

— Значит, у вас появился шанс. Мне хотелось бы, чтобы вы поехали со мной после пира и стали моей правой рукой на некоторое время. Смените привычную обстановку. И поверьте, руководить в мирное время не менее интересно, чем воевать. Вы согласны?

— Мне надо подумать.

— Понимаю. Но не затягивайте с принятием решения. С вашим отцом я договорюсь. Да и нам втроем в дороге будет интереснее.

— Втроем?

— Лукреция тоже хочет вернуться домой. Столичная жизнь ей наскучила.

Услышав это, Луций стал склоняться к тому, чтобы согласиться. Они с дочерью лорда Валлерстайна росли вместе. Свое детство Лукреция провела здесь как заложница. Но когда ей стукнуло четырнадцать, король разрешил всем феодалам забрать своих детей домой, отменив эту практику как бездейственную: к снижению мятежей это не приводило, а злоба друг к другу между феодалами, напротив, росла.

И хотя с самого рождения было решено, что в будущем Варго и Лукреция поженятся, в детстве ее отношения с Луцием были гораздо теплее, чем с Варго. В ночь перед ее отъездом она его крепко поцеловала. Это было гораздо больше, чем дружеский поцелуй – первый и для него, и для нее. С тех пор как она уехала много лет назад, он ее не видел.

Она приезжала в Пандемониум и после, но Луций в это время был где-то в отъезде. В земли Валлерстайна же он никогда прежде не ездил, в отличие от Варго, который любил там бывать.

— Давно она здесь?

— С начала войны. Отправил ее в столицу на всякий случай. Видите, я не такой наивный, как вам кажется, – Валлерстайн засмеялся.

— Я не считаю вас наивным, лорд. Наверное, я просто в силу возраста не понимаю некоторых вещей, которые очевидны для вас.

— И опять сама скромность. Я тоже был таким, когда был столь молод.

— Лукреция сейчас здесь?

— Давно должна быть. Решила заранее вещи собрать, так как мы отправляемся утром. А может быть, долго наряжается. Я ей говорил, что она должна встречать Варго в первых рядах. Совсем распустил я ее.

— Распустил меня? – рядом с ними появилась девушка в роскошном черном с красным платье с открытой шеей и плечами. У нее была молочного цвета кожа с небольшим румянцем на щеках, золотые глаза и такие же золотые волосы, собранные в пучок с парой свободных локонов.

— Дочь, наконец-то. Разве подобает опаздывать на встречу с будущим мужем?

— Уверена, он меня простит.

— Здравствуй, Лукреция. Рад тебя видеть.

— Луций! Столько лет прошло. Я тоже рада тебя видеть. Поздравляю с очередной победой.