Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова Страница 10

Пульс долбил в висках и ушах, мне было ужасно страшно.

Теперь знала, что выражение «сердце в пятки ушло» не просто крылатая фраза, а вполне реальная физиологическая особенность организма.

Я вся напряглась, вспотела, руки дрожали, но не останавливалась, продолжала творить благое дело, освобождала жертву капкана.

Секунды для меня слились в бесконечность, а щелчок раскрытия пластин, в самой середине которых всё-таки было по одному шипу на каждой, прозвучал в образовавшиеся тишине леса слишком громко.

— Ну вот и всё, фух… – медвежья лапа выскользнула из захвата.

— Эв-в-в, – проворчал мишка, откатываясь от меня. И косолапый немедля с рыком дал дëру в ближайшие кусты.

— Эй, а как же малина и перевязать боевое ранение? – крикнула бурому вдогонку.

На нервах, не иначе.

И следом рассмеялась от огромного облегчения, поскольку для меня всё обошлось без укусов и травм. На расслабоне я плюхнулась задом в траву и прикрыла ненадолго веки, выдыхая скопившееся в груди напряжение.

Улыбка расползлась по лицу. Пусть себе улепетывает, главное, что он свободен.

Я очень надеялась, что из-за моего запаха мама-медведица не отвергнет его и примет.

…Возвращалась домой в приподнятом настроении, представляла, как сейчас приду и напеку пирогов с малиной. Жаль в этом мире ещё не изобрели ни духовых шкафов, ни мультиварок, ни хотя бы микроволновку.

Приходилось познавать методом проб и ошибок кулинарию в печи, а сколько я по первой перепортила муки и яиц! Запасы таяли, как снег в горах, хоть плач.

Совсем вскоре мне предстоит набраться смелости и пойти в деревню или посетить местную ярмарку. Одна девица упомянула, что та начнется через неделю и продлится три дня.

И как бы мне не было боязно, иного выхода нет.

У порога уже топталась сварливая, но добродушная ко мне бабка Глаша.

Нетерпеливая какая, сказала же ей после полудня приходить. Прислонившись спиной к стене дома, игнорируя удобную лавочку, она опиралась о свою клюку и почему-то всё поглядывала в распахнутые ставни окна, зная при этом, что меня нет. На лавке стояло два кувшина, видимо моя оплата.

Кота что ли завести? Черного, смоляного. Всё компания будет и кого обнимать по ночам, да и гостей встречать станет, или наоборот, непрошеных отпугивать.

Точно, решено!

Кстати, сказывали, умела Глаша немного колдовать, болезнь не тяжёлую, язву или например, испуг детский заговорить. С Варганой они знались, чаи распивали. Уважали, но и побаивались за это её деревенские.

— Где ты так долго ходишь-то? У меня спина и колени уже изнылись, – начала она жаловаться. Я заметила, как снова она принюхивается у крыльца. – Нарвала?

Чего это? Может горелым ещё из избы тянет: кашу я утром проворонила.

— Рано ты просто пришла, – кивнула ей и, вытащив из корзины ивовые прутики, протянула старушке.

— Благодарствую, Тая – приняла она заказ.

Как вдруг сощурила свои подслеповатые глаза и скривилась, отступая на два шага назад.

— Всё ли у тебя хорошо? Духом медвежьим от тебя несёт, – спросила с подозрением. Иногда Глаша высказывалась странно, вот как сейчас.

— Медвежонка из лисьего капкана вытащила, – пояснила ей, неловко улыбаясь.

— Это дело доброе, молодец, – кивнула поощрительно, пряча в карманы серого платья ивовые прутья. – Проклятые лисы кур и утят повадились таскать, вот наши мужики и расставили капканы.