Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Далин Страница 10

— Нет-нет! – поспешно сказал Грейд. – Вы подходите, Валор, не сомневайтесь, сын мой.

— Парни! – заорал Ольгер матросам. – Поднимай гада!

Фарфоровые ребята вчетвером потянули трос – и за минуту вытащили плавуна на палубу, как акулу в сети. И тут же стало ясно, что подходить к нему близко – изрядно опасное дело: он слишком легко просовывал перепончатые руки с кошмарными лезвиями когтей в ячейки сети. От шершавой шкуры шёл пар.

— Отойдите, наставник! – заорала я и потянула Грейда назад, а он ещё копошился, вытаскивая Око на шнурке.

— Не надо кричать, деточка, – спокойно сказал Валор. – Я очень прошу всех живых отойти в сторону. Не надо рисковать зря. Мэтры, – обратился он к матросам, – наблюдайте за ним внимательно. Надо как-то закрепить его лапы и прижать его к палубе.

Тритон отошёл на пару шагов и наблюдал, склонив голову.

— Безумие, – пробормотал Ольгер.

— Дорогой граф, – сказал ему Валор так же дружелюбно-любезно, как бывало в гостиной, – поберегите ваши руки. Они нам всем ещё пригодятся. Вам надлежит смотреть, чтобы леди и святой наставник держались на безопасном расстоянии, пока мы не зафиксируем гада.

Ольгер покачал головой, но отошёл – и за локоть отодвинул Грейда ещё дальше. У меня дух захватило от ужаса: матросы и Валор кинулись к плавуну, как охотники – к раненому дикому зверю, которого надо добить. Несмотря на сеть, тварь оставалась очень сильной и опасной: она так пнула светловолосого матроса задней лапой или ногой, что он полетел в воду. Тритон тут же прыгнул за ним. Ногу плавуна сразу прижали, но он так дёргался, что Валор и трое фарфоровых парней едва удерживали его на палубе.

Грейд снял Око и держал его в нерешительности.

— Дайте мне, отче, – ласково сказала Виллемина. – Вы же видите, дорогой наставник: у мессира барона заняты руки!

Я услышала, как Тяпка глухо лает в рубке, – и хорошо её поняла. Мне тоже было страшно.

— Может, я? – заикнулась я, но Вильма остановила меня взглядом.

И взяла Око из рук растерявшегося Грейда.

— Куда прикладывать? – спросила она спокойно.

— Ах, государыня! – воскликнул Грейд, хмурясь.

— Пожалуйста, быстрее, друзья мои, – сказал Валор.

— К голове! – тут же сказал Грейд.

Виллемина подошла, присела рядом с дёргающейся мерзкой тварью, наклонилась к самой башке – и прижала Око к чёрной шершавой коже между глазами.

Из твари повалил чёрный дым, она задёргалась так, что Валор с матросами еле-еле удерживали её. И тут Грейд запел.

Я впервые видела настоящий обряд экзорцизма. Зрелище оказалось чудовищное.

— Ради небесной истины, – пел Грейд, – ради предвечного света, ради всезрения, всезнания и милости Творца нашего – оставь это несчастное тело, тварь из злого огня!

Плавун корчился и выдирался. Из пасти у него на брюхе одновременно вытекали какая-то чёрно-зелёная мерзость и чёрный вонючий дым, настолько тяжёлый, что даже в ветреный день стелился над самой палубой. Плавун скрёб палубу когтями – и кое-где оставил заметные царапины на её стальной броне.

Мне показалось, что действо продолжалось нестерпимо долго. Я чувствовала напряжение всех сил Валора и матросов, будто сама держала тварь, – она была страшно сильной, и мне казалось, что больше всего она хочет дотянуться до Виллемины. А Грейд пел, и мне казалось, что конца этому не будет.