Смерть под ореховым деревом - Анви Рид Страница 108

— Почему ты поверила Щелкунчику – тому, кто обманывает фройляйн?

Герберт замер. Вскинул голову, ожидая ответа сильнее, чем Ру.

— Я ему верю. Всегда верила. – Иви посмотрела на Герберта. – Он являлся мне тогда, когда нужен был больше всего. Спасал. Защищал. Был рядом даже тогда, когда я его не звала. – Иви вспомнила ночь с Эрмином Буфом. – А когда я забыла о нем, он не забыл обо мне. Все равно пришел в эту чертову таверну и спас меня и Отто от Мясника. Не знаю, какая судьба уготована мне звездами, – Иви кротко улыбнулась, заметив, что Герберт смутился от ее откровений, – но знаю, что Герберт меня никогда не предаст.

— Интересно… – Румпель прищурился, наблюдая, как Щелкунчик медленным шагом вернулся к Иви и вновь встал у нее за спиной. – Очень интересно!

Ру явно видел то, чего не видела Иви. Может, взаимность? Иви хотела, чтобы Герберт доверял ей так же, как она ему.

— Ты ответила на три вопроса, и пряник правды не дал тебе соврать. – Ру взял в руки чайник и налил в кружку Иви три несчастных капли. – Теперь пей. Это противоядие.

Иви проглотила остывший горький чай. Тем временем в комнату вошла Ба с новыми клошами.

— Он узнал о тебе все, что хотел. Обнаружил твои слабые стороны, грубиянка. – Теплое дыхание Герберта коснулось уха. – Он обманул тебя. Игра начнется лишь сейчас.

Ру порылся в куче фантиков на полу и вытащил оттуда конфету. Сунул себе в рот и, не жуя, проглотил.

— А теперь посмотрим, умеешь ли ты делиться, живая душа, – произнес он, и Ба протянула Иви новые клоши. – Фунт лакрицы тебе или одна карамелька Герберту?

Тут явно был подвох. Все в Мёрхенштадте знали об Иви больше, чем она сама, и Ру наверняка не случайно выбрал конфеты из солодки.

— Ты недоговариваешь. – Иви прищурилась.

Ру лишь выжидающе постучал по столу. Иви учуяла запах лакрицы и погладила себя по животу, когда тот умоляюще заурчал. Сглотнула сладкую после шоколадного пряника слюну и потянулась к клошу, который Ба еле удерживала в руке.

— Фунт мне.

Это была ее игра, а не Герберта. Ее испытание. Румпель был хитрым юношей, а Иви – умной фройляйн, которая не любила, когда ее обманывают. В одной конфете наверняка скрывалось что-то гадкое. Лучше Иви съест ненавистную лакрицу, чем из-за нее будет мучиться ни в чем не повинный Герберт. Был ли Румпель таким сообразительным, как Иви, она не знала, но вопрос о жадности она восприняла не так прямолинейно, как того ожидал маленький обжора. Только она потянула клош за ручку, как рядом скользнула рука Герберта.

— А вот и нет, грубиянка. – Он открыл второй клош и схватил конфету.

Развернул фантик и закинул карамельку в рот. Та звонко ударилась о его идеально ровные зубы. Иви не успела возразить. Ру победно захлопал в ладоши. Хитрец знал, что Герберт сделает это?

— Между вами что-то есть, – сказал он и засучил ногами так, что стул под ним заходил ходуном. – Что же это?

— Игра в правду продолжается? – спросила Иви.

— Я ожидал, что Щелкунчик сделает это, но… Что ты за фройляйн такая, раз оказалась не у Роланда в саду, а тут… У меня?

Еще один незнакомец в истории Герберта. Кажется, страшная сказка о нем будет длинной и крайне интересной. Только вот чтобы услышать ее, надо покинуть лавку сладостей, но Ру, очевидно, не собирался их так легко отпускать.