[де:КОНСТРУКТОР] Восток-5 - Александр Лиманский,Виктор Молотов Страница 113

Док привалился к бетонной стене, обнимая рюкзак, и его лицо было цвета варёной свёклы, с выступившими венами на висках, которые пульсировали с частотой, внушавшей профессиональную тревогу даже мне, человеку далёкому от медицины.

Алиса стояла. Дышала часто, мелко. Глаза сухие. Руки, десять минут назад дрожавшие от усталости, теперь были неподвижны. Адреналин, лучший в мире анестетик.

Кира не запыхалась. Она скользнула к противоположному краю градирни, легла на живот и приложилась к прицелу снайперки, сканируя склон, по которому мы только что пробежали. Профессиональный рефлекс: прикрой тыл, потом дыши.

Шнурок юркнул под обломок бетонной плиты и свернулся в клубок, прижав хвост к носу. Перья на загривке медленно опускались, и маленькое тело мелко дрожало, сбрасывая напряжение, которое копилось все триста метров мясного коридора.

Я привалился плечом к бетону. Прикладом ШАКа упёрся в землю, перенося вес с правого колена, которое орало на частоте, слышной, наверное, даже в долине. Закрыл глаза на секунду. Открыл.

Мы живы. Все восемь и один динозавр.

Под ногами, под слоем щебня и бетонной крошки, пряталась крышка дренажного коллектора. Метр на метр. Бетонная труба, ведущая прямо под фундамент центрального бункера «Востока-5».

К Сашке.

— Кот, — позвал я. Голос вышел хриплый, рваный. — Где вход в коллектор?

Контрабандист поднял на меня мокрые красные глаза. Облизнул растрескавшиеся губы. И здоровой рукой ткнул вниз, под обломки рухнувшей стены градирни.

— Там, — прохрипел он. — Под завалом. Люк.

Я посмотрел на завал. Бетонные обломки, арматура, чёрная грибница, оплетавшая всё это мёртвым кружевом. За спиной, в долине, хаос начинал затихать. Визг становился реже. Рычание глуше. Хищники пожирали друг друга, и через пять минут, может быть через десять, самые сильные и сытые поднимут головы от добычи и начнут оглядываться.

А где-то глубоко под землёй, в корневой сети, которая оплетала всю Мёртвую зону, Пастырь уже знал, что его антенна мертва.

И искал нас.

Пять минут. Может быть, десять. Столько у нас оставалось, прежде чем подземный бог найдёт обходной канал и перезагрузит свою армию. Я знал это не из расчётов Евы, а из опыта, который стоил дороже любых алгоритмов: когда рвёшь провод на минном поле, у тебя есть ровно столько времени, сколько нужно противнику, чтобы переключиться на запасную частоту. Хороший противник делает это быстро. Очень хороший, мгновенно.

Пастырь был очень хороший.

— Дюк! Фид! Разбирайте завал! — я ткнул стволом ШАКа в нагромождение бетонных обломков у внутренней стены градирни. — Кот говорит, люк под ним. Быстро!

Дюк кинулся к завалу первым. Бросил дробовик на ремень за спину, присел и обхватил обеими ладонями штурмового аватара ближайший бетонный блок, размером с чемодан и весом килограммов в сто. Мышцы экзоскелета взвыли, предплечья вздулись, и здоровяк с утробным рыком оторвал блок от пола и швырнул его в сторону. Бетон грохнулся о стену градирни и раскололся, подняв облако серой пыли.

Фид работал рядом, откидывая куски арматуры и мелкий щебень голыми руками, и пальцы его скользили по ржавому металлу, оставляя на ладонях тёмные борозды. Джин, не дожидаясь команды, подключился с правого края, и его тонкие жилистые руки выдирали из завала обломки с хирургической точностью, снимая слой за слоем, чтобы не обрушить конструкцию на голову.