Костер и Саламандра. Книга 3 - Максим Далин Страница 116

— Всё, – сказал дракон спокойно и устало. – Там уже всё. Открой карту, Майр.

Майр открыл ему планшет.

— Ветер отсюда, – сказал дракон. – Погонит огонь в сторону от Серой Змейки. Поэтому тебе не надо сюда. Идите по этому просёлку. Экхильд отправил туда четверых, они прикроют.

— Там были жруны? – спросил Майр.

— Были, – равнодушно сказал дракон. – Неважно. Чащобье зачищено полностью. Идите по этому просёлку, путь свободен до вот этих хуторов. Они пустые стоят, оттуда перелесцы всех вывезли. У хуторов примут Дорнгхорн и его парни – и будут сопровождать до вашей точки.

— Тебе нужна помощь? – спросила я.

— Я ещё попью? – попросил дракон.

Я кивнула. Он допил, отдал Ильку пустую флягу.

— Мне пора, – сказал он. – Идите по просёлку. Я посмотрю за вами.

— Тебе бы отдохнуть, – сказал Майр.

— Серебро не кровоточит, – ухмыльнулся дракон половиной рта. – В полёте легчает.

— Дым, – сказал кто-то за моей спиной.

Столб дыма, густой и чёрный, громадным клубящимся грибом вырастал из-за леса. Страшно там горело.

— Идите, – сказал дракон. – Сегодня ветрено, плохо, если огонь вас догонит.

Он зажмурился, мотнул головой – и серебро потекло сквозь него, уже чистое до изумления. Поменяв облик, дракон встряхнулся, как птица, подпрыгнул – и нырнул в небо, как в воду.

— Вперёд! – крикнул Майр. – В темпе!

И эскадрон рванулся с места.

Мы вихрем пронеслись по кромке леса – и я почувствовала запах гари и дыма. Ветер гнал на нас запах пожара. По-моему, огонь распространялся быстрее, чем дракон думал, – и Майр торопил эскадрон. Нам надо было двигаться быстрее огня.

Я цеплялась за Илька, который гнал Шкилета вперёд, пригнувшись к его шее, и думала, что Ричарду, наверное, было бы жаль сгоревший лес… и сколько всякого отвратительного и ужасного может сгореть в этом лесу… а может, там не только ужасное и отвратительное… а этот столб дыма за нашими спинами – он же как маяк, его, наверное, видно издалека… интересно, все гады на той стороне уже знают, что драконы сожгли Чащобье, или кто-то ещё не в курсе дела…

Луг пересекал тот самый просёлок – и эскадрон свернул на него, снова оказавшись внутри леса. Лес доводил меня до отчаяния: здесь всё было предельно зловещим, Дар полыхал так, будто мне горящих углей насыпали под сердце.

Становилось немного легче, только когда я видела, как над нами кружит дракон. Но он был один, раненый – и я думала, что с двумя-тремя жрунами ему не справиться… а если жрун атакует эскадрон, как мы отобьёмся?

На просёлке нам внезапно попались беженцы: усталая пожилая женщина, девушка и двое оборванных детей.

Они все вместе катили ручную тележку с каким-то жалким скарбом – и шарахнулись в придорожную канаву. Пропускали эскадрон – и смотрели на нас безумными от ужаса глазами.

Видимо, думали, что видят ад во плоти. А я никак не могла смотреть на этих бедолаг как на врагов, им было порядком хуже, чем мне… и нельзя ничем помочь.

А хотелось – даже при том, что они, наверное, ненавидели нас смертельно, не меньше, чем боялись.

А ещё меня жгло ощущение, что я что-то упустила, недоучла. Что-то очень важное, жизненно важное, – но оно висело на самом кончике мысли, как на волоске, и мне было никак его не поймать. Это было мучительно до нестерпимости.

Вдобавок становилось очень жарко. Мне было неудобно и тяжело в каске, в галифе, в плащ-палатке, под которой уже стало как в кастрюле на плите, я начала уставать от непривычной позы и от лошадиных рывков. День едва перевалил за полдень, а я уже вымоталась и начинала злиться на себя. Подумайте, какая нежная фрейлинка! Кисейная барышня!