Кухарка поневоле для лорда-дракона - Юлий Люцифер Страница 117

Глава 25. Кровь рода и чужой мир

После разговора с Арденом я не сразу ушла в свою комнату.

Да и не могла.

Слишком многое за последние сутки сдвинулось с места: побег, лес, его руки на моих плечах в снегу, возвращение, эта почти страшная тишина между нами, в которой уже не оставалось ни одной удобной лжи.

И теперь еще — мое обещание не исчезать молча.

Его обещание не запирать меня без разговора.

Слова вроде простые.

Но именно они меняют жизнь сильнее, чем громкие клятвы.

Я стояла у окна в проходной гостиной и смотрела, как за стеклом кружит снег. За спиной тихо ходил Арден — не нервно, не тяжело, просто собирал бумаги, которые принес гонец. Обычный звук чужого присутствия. И почему-то именно он ощущался опаснее всего.

Не потому что пугал.

Потому что уже начинал становиться нужным.

— Ты опять слишком тихая, — сказал он.

— А вы слишком быстро научились это замечать.

— Это несложно.

— Очень самоуверенно.

Он подошел ближе.

Остановился рядом, но не касаясь.

Умный.

Потому что я уже и так чувствовала его слишком остро.

— О чем думаешь?

Я чуть усмехнулась.

— Хотите длинную версию или честную?

— У нас с тобой обычно это одно и то же.

— К сожалению.

Я посмотрела на снег.

— О том, что все это слишком похоже на чужую историю. На ту, где женщина сначала становится полезной, потом важной, потом опасной.

Он молчал.

Я продолжила:

— И о том, что мне все сильнее кажется: дело не только в повторении. Что-то в этой истории не случайно с самого начала. Мой переход. Моя кухня. Ваш жар. Книга. Мирена.

Он перевел взгляд на меня.

— Ты думаешь, тебя привело сюда не случайно.

— А вы нет?

Пауза.

Короткая.

Точная.

— Думаю, — сказал он.

— Вот.

Я повернулась к нему.

— И мне это не нравится.

— Мне тоже.

— Не врите.

— Не вру.

— Вам хотя бы часть всего происходящего удобна. Вы получили женщину, которая держит ваш огонь, и теперь…

Он перебил тихо:

— Не говори так, будто ты вещь, попавшая мне в руки.

Я замолчала.

Потому что это тоже било точно.

— Тогда объясните иначе, — сказала я.

Он отошел к столу, взял один из свитков и развернул.

— Это пришло сегодня вместе с письмом совета домов.

Я подошла ближе.

На столе лежала старая копия какого-то родового текста. Почерк был незнакомый, витиеватый, с выцветшими пометками по краям.

— И что это?

— Отрывок из старой записи о крови Вейров.

— Очень захватывающе.

— Алина.

— Что? У меня тяжелый день, я не обязана любить древние свитки сразу.

Он не оценил.

Правильно.

Потому что сам выглядел слишком собранным для обычной семейной ерунды.

— Читай.

Я наклонилась ближе.

Разобрать текст было непросто, но несколько фраз я все же уловила:

когда огонь рода теряет равновесие…

не рожденная в доме, но отмеченная переходом…

чужая кровь, способная не подчинить, а уравнять…

Я подняла голову.