Сезон штормов - Теа (Тея) Гуанзон Страница 119

Глава двадцать четвертая

На следующий день яркое солнце озаряло бурную деятельность на посадочной площадке Иантаса: в отремонтированную ладью грузили вещи кесатхской делегации, а экипаж проводил обычную предполетную проверку тросов, парусов, рулей и эфирных сердец. Без устали трудились и на кухнях замка, наполняя череду высоких коробов едой, которая вскоре пополнит кладовые штормовика, ждущего в Порт-Самоуте.

— Это слишком много, – заметил Аларик. Они с Таласин наблюдали за суетой с балкона своих покоев. – Что моим людям делать с пятьюдесятью вялеными окороками?

— Есть, – ответила жена. – Они хороши с буйволиным сыром и сушеным манго.

— Ты имеешь в виду те двадцать головок сыра и пять мешков сушеного манго?

Таласин сморщила нос:

— Вам лететь три дня. За это время много чего может случиться. Что, если корабль разобьется и вы окажетесь на необитаемом острове?

— Я сооружу плот из окороков, – невозмутимо заявил Аларик.

Таласин торопливо прихлопнула рот ладонью, превращая смешок в грубоватое фырканье. И хотя Аларик поборол ухмылку, в груди его разлилось приятное тепло – от того, что у него получилось рассмешить жену.

По правде говоря, все утро ему было не по себе. И ее смех принес лишь временное облегчение – ровно до того момента, как Аларик осознал, что не услышит этого смеха и не увидит ее по меньшей мере месяц.

Ему нужно было обратно в Кесатх. Это не обсуждалось. Он должен руководить подготовкой ряда массовых эвакуаций, провести которые необходимо до наступления Безлунной Тьмы. Он и так отсутствовал достаточно долго; офицеры уже нервничали, и их вопросы в письменной форме – о предполагаемой дате возвращения императора – становились все более резкими. Уже прилетал поморник от командора Матхир со списком встреч, требующих его присутствия, которые больше нельзя откладывать. А еще всегда был отец, теребящий края Врата Теней, зовущий его из Междумирья.