Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери! - Елена Княжина Страница 121

Глава 23

Нет, нет… Только не это! Пустите!

Окутанная черной мутью, я едва соображала. Барахталась в вязком тумане, то теряя сознание, то снова приходя в себя. И понимая, что меня все время куда-то тащат.

Я пыталась вырваться, истерично поскуливая и надрывно дыша. Тьма лезла в нос, отбивая всякое желание делать вдохи. Но без воздуха становилось еще хуже.

В глазах потемнело раз и навсегда. Настолько беспросветно, что уже и не верилось, что когда-нибудь зрение вернется. Запахи и звуки – вот все, что осталось со мной. И еще ощущения… Как вязкий мрак скользит по коже. Как сменяется руками, которые меня снова куда-то тянут.

Я билась в истерике, царапаясь и орудуя коленом, так кстати выпутавшимся из длинной юбки. Угодила во что-то твердое, ахнула одновременно с приглушенным стоном и хриплой заковыристой руганью. Следом жертву нашел мой локоть. И меня, наконец, оставили в покое.

Выплывать из черноты оказалось болезненно. Свет даже сквозь закрытые веки резал глаза. И я бы ни за что не стала их разлеплять, если бы не он. Запах…

Не было ничего желаннее на всем свете. Крепкий, анжарский, черный… Ммм! Я втянула носом ароматный воздух, сладко жмурясь. Повела головой в сторону его источника… и, соскользнув с подушки, ударилась обо что-то твердое. Варх побери!

Проворчав привычный пассаж о гхарровых копытах, я вернула себя в прежнее положение. Затылок блаженно окунулся в мягкость, и я открыла глаза. Пошевелила затекшей шеей, и та неприятно хрустнула.

Что-то было не так. А если точнее – все. Подушка не моя, одеяло – не мое… И потолок. Он тоже был чужим. И подозрительно отдаленным. Так, будто лежала я не в кровати, а…

— На полу? Почему я на полу? – просипела спросонок, вперив оба невидящих глаза в мастера проклятий, попивавшего на диване кофе.

На ректорском, между прочим, диване!

Этот кабинет я изучила еще на первом курсе: Рисса постоянно подбивала меня на мелкие пакости, будто специально желая попасть на разнос к «красавчику Керроу». Хотя… почему «будто»? Так и было, строго по плану: напакостить, попасться и со счастливой улыбкой получить нагоняй. Эх, славные были времена.

Мой внутренний теоретик, измотанный нестабильностью чуждого мира, вяло пришел к выводу, что я лежу именно на ректорском полу. Если вокруг стоит мебель Керроу, а со стены смотрит знакомая картина с прекрасным дамским ликом, стало быть, и пол, и потолок – тоже Керроу. И в отличие от Риссы, я в кабинет «красавчика-ректора» сегодня совсем не стремилась.

— Вы упали, – выдал очевидное Рэдхэйвен, ерзая на мягкой бежевой обивке.

Мне тоже было не твердо. Об этом свидетельствовали затылок, с комфортом расположившийся на чьей-то подушке, и тело, прикрытое чужим одеялом. Черным. С золотыми вензельками.

Раньше в кабинете Керроу такого не валялось. Но и я на его полу, надо признать, валялась впервые.

— Я упала не тут, – заметила упрямо.

Вяло припомнила последние секунды до черноты. Ошибка в плетении, взрыв, трещина на двери… и опасная темная муть, сграбаставшая меня в свои объятия. Это было там, в коридоре учебного корпуса… Не тут точно.