Напарник ректор, или Характер скверный, неженат! - Татьяна Булгава Страница 125

Омэн подошёл, встал рядом, взял её за руку.

— Лучший, — ответила она.

— А что дальше?

— Дальше? — она повернулась к нему. — Дальше — дорога. На юг, как ты хотел. Откроем школу в маленьком городке. Будем учить детей не бояться кислоты и теней.

— И кошку возьмём?

— Зельда уже в корзинке.

Он улыбнулся.

— Ты уверена? Не будешь жалеть об академии?

— Буду, — честно ответила Гелла. — Но я буду жалеть о людях, а не о стенах. А люди — они могут путешествовать с нами.

— Например, Лисса?

— Лисса остаётся здесь, с Ксавьером. Кажется, у них намечается роман.

— Кажется, — согласился Омэн. — Я заметил, как она смотрела на него во время церемонии.

— Как я на тебя.

— Так же безумно?

— Ещё безумнее.

Он поцеловал её.

Зельда, сидевшая на подоконнике, отвернулась.

— Завтра утром выезжаем, — сказал Омэн. — Вещи собраны?

— Почти. Осталось упаковать фиолетовую 7.9.

— Не взорви её в дороге.

— Постараюсь.

Они смотрели на закат — красный, как её волосы, и чёрный, как его тени.

Академия провожала их тишиной.

Лисса подошла сзади, обняла их обоих.

— Я буду скучать, — сказала она.

— Мы тоже, — ответила Гелла.

— Приезжайте. Ксавьер обещал дать вам комнату в любое время.

— Приедем, — пообещал Омэн.

Кай и Марк подошли следом.

— Гелла, — сказал Кай, — ты уверена, что не нуждаешься в лаборанте?

— У меня есть Омэн. Он умеет мыть пробирки.

— Я не умею, — возразил Омэн.

— Научишься.

— И кошка, — добавил Кай, глядя на Зельду. — Она тоже будет мыть пробирки?

— Зельда будет ловить мышей. Мыши в школе будут.

— Тогда я спокоен.

Кай улыбнулся — впервые по-настоящему, без тени вины.

— Иди уже, — сказала ему Гелла. — Работай. Сегодня ты мой лаборант, завтра — мой коллега.

— А послезавтра?

— Послезавтра — свободный человек. Как и мы.

Они обнялись на прощание.

Марк подошёл, протянул маленькую коробочку.

— Это тебе. Памятка.

Гелла открыла. Внутри лежал амулет — маленькая серебряная колба с каплей её крови внутри.

— Что это?

— Защита. Если ты будешь в опасности, амулет нагреется. Я связал его с твоим кольцом.

— Ты гений, Марк.

— Я теоретик, — он поправил очки. — Это моя работа.

Она поцеловала его в щеку.

— Возвращайся, когда сможешь. У нас там много работы.

— Приеду. Обязательно.

Вечером, когда гости разошлись, Гелла и Омэн стояли на пороге ректорского крыла.

Ксавьер ждал их с ключами.

— Комнаты оставляю за вами, — сказал он. — На случай, если захотите вернуться.

— Спасибо, брат, — Омэн пожал ему руку.

— Береги её.

— Я всегда берегу.

Они обнялись — по-мужски, с хлопком по плечу.

Лисса, стоявшая за спиной Ксавьера, помахала Гелле.

— Пиши!

— Буду!

— И кошку показывай!

— Угу!

Зельда, сидевшая в корзинке, мяукнула.

Они вышли за ворота академии, где уже ждала карета — маленькая, уютная, с местом для багажа и корзиной для кошки.

— Готов? — спросила Гелла.

— Готов, — ответил Омэн.

Она обернулась, посмотрела на знакомые стены, на башни, на плац. Вспомнила первый день, когда превратила парадный строй в каток. Вспомнила ректора, который вызвал её для разговора, и поцелуй в оранжерее, и пытки, и осаду, и свадьбу.

— Что ты думаешь? — спросил Омэн, помогая ей забраться в карету.

— Думаю, что это только начало, — ответила Гелла, устраиваясь на сиденье. — Академия — это пролог. Наша история только начинается.