Так пахнет любовь - Ника Ёрш Страница 13

Мы начали стратегическое отступление, чтобы не встретиться с раздосадованным воришкой. И тут я наступила на сухую ветку. Едва не упав, громко вскрикнула и… конечно, привлекла ненужное внимание. Почти сразу тролль оказался перед нами. Навис грозной тучей, сверкая маленьким черными глазками и прижимая к груди пустую банку.

Константин тут же задвинул меня себе за спину и выставил вперед открытые ладони, предупреждая:

— Мы пришли с миром.

Тролль всмотрелся в его лицо. Потом в мое, выглядывающее из-за широкого плеча, и вдруг, узнав нас, спрятал за себя банку.

— Вы снова идете за огурцами? – поняла я.

Константин нервно дернул плечом, явно желая попасть мне по любопытному носу. Не тут-то было. В безопасности я проявляла удивительную бдительность и ловкость.

— Хотите меня наказать? – проскрипел тролль, сверкая глазами. – За то, что было в подвале?

— Нет, – ответил Константин удивительно дружелюбным тоном. – Мы пришли узнать, не унесли ли вы с собой одну блестящую вещь. Человеческий артефакт, что хранился в том подвале.

На лице тролля появилось озадаченное выражение:

— Блестяшку? Я? – спросил он, пожимая плечами. – Зачем оно мне?

— А огурцы вам зачем? И сыр… – снова вмешалась я.

Ловец слегка развернулся, одарив меня хмурым взглядом. Но я сделала вид, что не заметила этого. Смотрела только на тролля. И тот ответил:

— Это для жены. Простите. Я никогда не брал чужого. Но тут особый случай.

— О-о-о – понимающе протянул ловец, после чего стукнул себя по лбу.

Тролль кивнул.

А я нетерпеливо уточнила:

— Что за случай-то?

Тролль с ловцом переглянулись так, что мне стало обидно. Оскорбительно даже. Я ведь могла и обидеться за такие взгляды! Но ловец быстро сориентировался в том, как был неправ, и прояснил невероятное:

— Они приехали сюда, чтобы закрепить чувства и провести в любви медовый месяц, Эва. И его жена беременна.

— Очень беременна, – подтвердил тролль, опасливо оглядываясь на едва заметную землянку. – Как-то она растолкала меня ночью и сказала, что это идеально время для прогулки. И мы пошли. Долго. До самой таверны, где моя прекрасная Хега учуяла тот омерзительный запах.

— Огурцы? – прошептала я.

Тролль кивнул, несчастно всхлипнув.

— После этого она утратила покой. Ничто ее больше не радует. Что я только не пробовал – бесполезно. Она плачет и требует тех вонючих отвратительных…

— Так вот оно что! – окончательно поняла услышанное я. – У нее просто изменились вкусы. Моя тетя, когда ждала двойню, очень любила есть мел и нюхать мыло. Вот такие странные пристрастия.

— Мел – это вкусно, – кивнул тролль. – Но Хега его не хочет.

Кивнув, я быстро сняла со спины прихваченный с собой рюкзак и, распотрошив его, вынула один из контейнеров, протянув тот нашему воришке со словами:

— Когда меня собирали в дорогу, положили на всякий случай. Банка зачарована, чтобы огурцы не портились. Как только откроете крышку, можно будет их есть.

Тролль неверяще улыбнулся. По-сумасшедшему счастливо.

— Вы – фея, – сказал он.

— И я отдам вам это, если вы вернете наш артефакт, – продолжила свою речь я.

Тролль снова замер. С протянутой рукой и ошеломленно-задумчивым видом.

— Блестяшка? – переспросил он. – Которая «человеческий артефакт»?

— Именно, – согласилась я.

— Но на нас они не держатся, – растерянно ответил тролль. – Мы не можем даже прикасаться к вещам, в которых много вашей магии.