Падение - Кэтрин Рок Страница 204

— Прочь с дороги! — гаркнул один из стражников, скачущий на лошади впереди экипажа.

Попрошайки неохотно сторонились, продолжая тянуть руки и просить милостыню. Адена скривила губы от досады и устремила взгляд обратно на храм. Ей никогда не разрешали выходить на парадный двор как раз из-за этих людей. Но Адена всегда наблюдала за ними из окон и молилась за каждого из них. Вот только сейчас ей почему-то казалось всё это сном. Словно это было так давно и, возможно, даже не с ней.

Им открыли ворота, и экипаж въехал во двор. Попрошаек, что попытались забежать вовнутрь, побили палками и выставили наружу. Но Адена даже не оглянулась, понимая, что всё равно ничем помочь бедолагам не сможет. А душа уже была вымотана настолько, что сил сопереживать кому-то почти не осталось. Она сидела и смиренно ждала, когда ее довезут до дома и она, наконец, встретится с семьей.

Экипаж объехал сверкающий храм. Проехал еще один забор и ворота, и перед ними возник такой же сияющий дом. Не менее помпезный, чем сам храм. Он был в несколько этажей, с огромными окнами и балкончиками. Под окнами раскинулись красивые сады со скамейками.

Адена ощутила, как сердце с тревогой забилось, и неосознанно сжала левой рукой правую культю.

Экипаж наконец доехал до дверей, и их на пороге встретила женщина с покрытой головой и плотно закутанная в церковные одежды.

— Госпожа Адена, рада видеть вас в добром здравии. Господа в обеденном зале, прошу, пройдите за мной, — сказала женщина, низко кланяясь. Адена на миг скривила губы, но кивнула. И неторопливо побрела за ней по знакомым коридорам. С каждым новым шагом к ней словно стали возвращаться все чувства и тревоги. Сердце в груди бешено заколотилось.

Сколько ее не было здесь? Как они встретят ее? И что ей вообще рассказать?

Они дошли до дверей, и прислуга распахнула их. Сердце на миг замерло, когда она увидела свою семью, сидящую за обеденным столом. Во главе стола сидел отец, а по бокам мать и брат.

Все перестали есть и устремили на нее свои взгляды.

— Адена, — с волнением в голосе произнесла мать и хотела было встать, но отец прочистил горло, и она осеклась.

— Прошу, подойди поближе, — сказал Хирон и плавно указал рукой на середину комнаты. Затем взглянул на слуг: — Прошу, оставьте нас.

Слуги мигом поклонились и покинули зал. Адена, наконец убрав руку с культи, прошла на центр зала и встала напротив стола и отца. Его коренастая фигура с густой темной бородой с проседью на миг напомнила ей Клемита. Суровый взгляд глубоко посаженных глаз пронзал до самой глубины души. А грубые черты лица и лысая голова делали образ еще более пугающим.

Он внимательно оглядел ее, словно выискивал что-то недоброе. Адена на миг посмотрела на мать.

И та выглядела всё такой же хрупкой и наивной, словно живущей в своем лучшем мире. Адена слишком была похожа на нее, и впервые это ей не понравилось. Глаза матери были устремлены на ее культю, а лицо побледнело. Отец же пошел красными пятнами, но в лице не изменился.

— Расскажи, что там произошло с тобой? Чиста ли осталась ты душой и телом, дочь моя?

В груди Адены что-то с болью сжалось, и в горле встал ком. Она думала, что уже выплакала все, но глаза снова стали влажными. Адена не смогла выдержать его тяжелый взгляд и опустила глаза в пол. Съежилась и произнесла, еле выдавив из себя каждое слово: