Любовь среди туманов - Кира Крааш Страница 205

Хант кивнул, но девица не унималась:

— Фернанд бы никогда не стал мне врать! Он – образец чести, доблести и смелости! Он – паладин!

Я прикрыла ладонью лицо, чтобы не захрюкать от смеха. Доблестный паладин испугался плюшевой зверушки. Так и хотелось воскликнуть: остановись, женщина, ты позоришь своего паладина! Но женщина не останавливалась, пока раздраженный Рейн не стукнул ладонью по столу:

— Хватит!

Он переглянулся с Акселем, и Хант чуть заметно кивнул.

— Амелия, – именинник посмотрел на девушку, – как назывался тот ужасный демон, что покушался на нашего Фернанда?

— Сьюи… суи… – начала спотыкаться девица, и я подсказала:

— Суетолог.

— Да, точно! Вот видите, даже она знает имя этого чудовища!

Но ни Рейн, ни Аксель ее не слушали.

— Гвендолин, – обратился ко мне Хант. – Может твой друг развеять сомнения нашего уважаемого общества?

Я пожала плечами:

— Легко.

Вряд ли, конечно, после этой демонстрации общество будет столь же уважаемо, как сейчас. Но паладины же вроде как защищают мир от скверны, а суетолог та еще с-с-с… скверна, да. Особенно когда пытается отодрать похмельную голову от подушки.

* * *

За Клаусом сходила симпатичная девчушка. Выходила она из ресторации с таким видом, будто ее минимум в Туманные чащи отправляют на героическую смерть, а не в общежитие за однокурсником.

Демонолог явился с видом таким мрачным, что я даже обрадовалась: чем недружелюбнее выглядит темный маг, тем приятнее потом с ним дружить. Так мне говорили.

Я подошла к нему и тихо попросила:

— Ты можешь показать им суетолога?

Парень посмотрел на меня исподлобья:

— Я тебе что, артист бродячего цирка?

— Клаус, они думают, что ты на того парня минимум высшего демона натравил. Паладин тот врет, как дышит, но ему верят.

— Да и плевать мне, кому они верят! – возмутился парень.

— Клаус. – Я посмотрела на парня с самым просибельным видом. – Пожалуйста, просто сделай.

— Ладно, – нехотя согласился он.

— И сделай красиво! – добавила я.

— Кофе тебе в постель не принести? – огрызнулся демонолог.

— Сделай красиво, и вместе поржем, – аргументировала я.

Клаус хмыкнул:

— И кому в голову пришла идея назначить тебя старостой?

— Валентайну, – мрачно ответила я.

— О, лорд знает толк в извращениях… – пробормотал Клаус.

Я сделала вид, что не заметила, и обратилась к присутствующим:

— Мой друг согласился продемонстрировать вам одного из демонов-суетологов.

Гости, надо сказать, к этому времени уже нормально выпили и местами даже осмелели. Раздалось хмельное «Ну давайте, удивите нас». Я мило улыбнулась и вернулась к Акселю, чтобы занять свое место в зрительном зале.

А Клаус с самым скучным видом закатал рукава, размял пальцы и щелкнул ими. На полу нарисовался огромный демонический круг, испещренный древними рунами, переливающийся всеми оттенками красного.

А потом темный маг начал произносить заклинание. Долгое такое, вот прямо сколько дыхания хватало, столько и говорил. От каждого его слова символы на полу наливались светом, кажется, даже воздух поплыл.

Ну ладно, воздух, может, и не поплыл, а вот светлые маги точно. Сидели все, затаив дыхание, чуть ли не в полуобморочном состоянии, и жадно смотрели за происходящим. Одна я закусила костяшки пальцев, чтобы меня заранее не разорвало от хохота.

Особенно было смешно, когда Клаус начал читать заклинание. Если бы кто-то из присутствующих только мог догадаться, что произносимые слова – полная и абсолютная ахинея. Тарабарщина, порожденная недовольным мозгом демонолога. Так вот, если бы кто-то из присутствующих догадался, скандал был бы поистине континентальных размахов.