Дневник злодейки - Елена Паленова Страница 21

Погода так и не наладилась. Даже наоборот ― после затяжной жары синоптики пообещали неделю ливней с грозами, градом и ураганным ветром. Пока шёл просто дождь. Я надела джинсы, белую водолазку и ветровку. Взяла зонтик. Подумала, что общаться в парке в такую погоду будет не слишком удобно, но это ведь проблема решаемая. Уютные кафе пока ещё никто не отменял.

До места добралась в половине второго, а не к двум, но Туманов меня уже ждал ― стоял у фонтана, как столб, с чёрным зонтом в одной руке и гипсом ― на другой. А на сгибе загипсованной руки лежал букет из пяти белых роз.

— Привет, ― поздоровалась я неуверенно.

— Привет, ― ответил он с характерной замученной интонацией.

— У тебя пожизненное амплуа страдальца, или ты плохо себя чувствуешь? ― уточнила на всякий случай.

Он только тяжело вздохнул в ответ, поморщился и произнёс:

— Сыро. Простудишься. Давай куда-нибудь зайдём?

— В конце парка новый торговый центр в прошлом году открыли. Там есть закусочные, чайные и просто места, где можно присесть, ― предложила я.

Возражений не последовало. Через парк мы шли молча, и с каждым новым шагом тревога в моей и без того обеспокоенной этой встречей душе нарастала всё сильнее. Туманов ну очень загадочный. Смотрит вроде бы под ноги, лужи обходит, а взгляд какой-то пустой. Он даже не сразу вспомнил, что розы предназначались мне. «По жизни растяпа, или у него что-то случилось?» ― подумала я, поблагодарив его за цветы. В торговом центре нашли уютную забегаловку, где можно было купить чай и выпечку, сели за свободный столик в самом углу и только тогда Руслан вынул из внутреннего кармана своего пиджака сложенный вчетверо конверт формата А4.

— Год назад я похоронил свою мать, а это письмо получил от нотариуса вместе с завещанием. Прочти, ― предложил печальным тоном.

Я уставилась на конверт, как на ядовитую змею, и спросила, зачем мне читать письмо, адресованное ему.

— Поймёшь, когда прочитаешь.

На словах, конечно же, никаких объяснений не последовало. А у меня снова проснулся внутренний протест ― даже прикасаться к конверту было страшно. Письмо от покойницы. Я не то чтобы суеверная, но всё равно как-то не по себе. Это те, кто никогда не сталкивался с высшими силами, спокойно смотрят на подобные вещи. Да и то не все.

— Слушай, как-то это неправильно, ― всем своим видом демонстрируя сомнения, промямлила я. ― Я ведь даже толком не помню твою маму. Мы маленькие совсем были. А потом вы уехали.

— Просто прочитай, ― мягко, но настойчиво повторил Туманов и положил конверт передо мной на стол.

Я подумала ещё немного и пришла к выводу, что от меня не убудет. Вынула из конверта исписанные мелким почерком листы и начала читать.

* * *

«Дорогой мой, единственный сын!

Знаю, что должна была сказать это, глядя тебе в глаза, и выслушать всё, что ты мог мне ответить, но смелости на это я так и нашла. Ты у меня один. Я всю жизнь боялась потерять тебя, поэтому и оберегала от всех возможных несчастий. Но ты имеешь право знать, почему наша с тобой жизнь сложилась именно так, а не иначе.

Мы с твоим отцом познакомились задолго до свадьбы. Я была влюблённой студенткой, а он ― уже женатым и оттого недосягаемым сыном одного из моих преподавателей. Между нами лежала глубокая пропасть различий, но я свято верила в то, что недостижимых целей не бывает. Он любил свою жену, а я любила его. Преследовала, навязывалась, старалась как можно чаще попадаться ему на глаза, из кожи вон лезла, но он не видел меня в упор. Зато видела его жена.