Триединое Королевство - Anne Dar Страница 233

Глава 63

Нам снова завязали глаза: Джодок с Зефом подхватили Борея; Рагнхильд позаботилась о Кайе; Багтасар взялся за меня… И снова нас перемещали на металлической скорости. Спустя три минуты мой слух сказал мне о том, что Борея и Кайю унесли в другую сторону. Ещё спустя пять минут Багтасар наконец остановился…

Когда он снял повязку с моих глаз, я попыталась скрыть своё удивление: мы стоим на лестничной площадке перед моими покоями, определённые камни на полу и стене блестят металлическим цветом – обратились в таллиевые от пролитой крови Персефоны. Теперь всякий раз, когда я буду переступать порог своих покоев, я буду думать о том, что шагаю по таллиевым камням, потому что случилось то, что случилось…

Пока я прихожу в себя, собираюсь с мыслями, Багтасар, сунув повязку в карман своих штанов, заговаривает спокойным тоном:

— Обряд состоялся. Вы теперь неотъемлемаячасть сообщества Вампиресок.

— Где Борей и Кайя?

— Их развели по их покоям. Не переживай: с ними всё будет в порядке.

— Раз так… Раз теперь я тоже… – я не нахожу в себе сил назвать себя Вампиреской. – Скажи, что такое Металлическая Охота и для чего она нужна?

— Употребление крови не только усиливает нас – жажда нами и управляет. Мы не Вампы, живущие охотами, однако хищный инстинкт в нас живёт вольно, так что мы “сливаем” свой пыл на Металлической Охоте… Простыми словами: раз в год мы охотимся на преступников, чтобы не срываться на хаотичную охоту.

— Как… Кошки с мышками? Одного раза достаточно, чтобы лишь на один год притупить желание догонять и терзать?

— Ты правильно всё поняла.

— У меня тоже будет… Желание… Убивать? – мой голос звучит совсем не так, как мне того хотелось бы. Я ужасно напугана всем, что пережила за последний час, тем, что сотворил тот, кто сейчас стоит прямо напротив меня и разговаривает со мной так, будто совсем ничего не произошло: ни жестокая участь изгнания Флорентины, ни жестокая казнь Марен – кому из них выпала худшая доля? Одна изгнана в теле смертного человека в заражённые земли вместе со знанием того, как жестоко она ошиблась со своей любимой сестрой; тело второй расчленено и этой ночью будет частично подвешено для демонстрации на видном месте, а частично расплавлено в лаве… И всё это сделал он… Ужасно безжалостно, крайне жестоко, совершенно спокойно…

Райхенвальд вдруг протягивает руку к моим волосам и, пряча выбившуюся прядь волос за моё ухо, говорит:

— Не переживай… До первой жажды охоты тебе ещё далеко.

Я аккуратно отстраняю свою голову, и он убирает руку. Говорю, стараясь сохранить лицо своего характера: