Тени Нового Орлеана. Сердце болот - Лера Виннер Страница 24

На Бельтайн Смотрящий взял ее на болота снова. На этот раз Герда хорошо понимала, куда едет, и уже не удивлялась, наблюдая за тем, как Роланд поздравляет Королеву Мэй.

К ее легкому сожалению в начале, но бурной радости впоследствии во второй раз они поехали вчетвером. Дэн у подследственных Смотрящего вызвал реакцию откровенно неоднозначную, но после небольшой дозы алкоголя все заметно смягчились, и праздник, даже проводимый в вынужденном заточении, стал праздником, а не неловкой попыткой сделать вид, что все хорошо. Украдкой наблюдавший за тем, как Селина флиртует с Энди, Роланд выглядел довольным, даже немного гордым, будто вывел в своеобразный свет собственных «птенцов», и Герда была за него счастлива вдвойне.

Все те пустоты в уме, душе и огромном доме, которые он старательно заполнял людьми и нелюдями, теперь оказались заполненными по-настоящему. Полностью довольные происходящим или нет, они все тянулись к Роланду и верили ему на слово, несмотря ни на что.

Потягивая густой пряный коктейль и греясь у костра, она с удовольствием подмечала, что Дэнни старался. То ли ночь и болота обостряли восприятие, то ли тот не считал нужным закрываться от нее, но, щурясь на свет, Герда чувствовала, как напряжение вчерашнего волка и инстинктивное желание занять оборону, помноженные на железный самоконтроль, постепенно переплавлялись в нечто новое. В мысль о том, что они не так уж плохи. Что Роланду зачем-то нужно, чтобы взаимоотношения с ними были приемлемыми. Дэн старался для него, и уверенность в том, что желание порадовать и привязанность Роланда взаимны, грела ее не хуже огня.

Убедившись, что никто ни с кем не ссорится, они сбежали после полуночи. Болото легко вибрировало, в зарослях плясали манящие теплые огни. Здешние обитатели тоже праздновали, и то ли по велению Королевы, то ли сами по себе были расположены делиться своим весельем.

В почти непроглядной темноте камера на телефоне снимала превосходно. Сделав на пробу пару фотографий, Роланд снимал ее для блога, изящно изворачиваясь в лодке в поисках лучшего ракурса, и, очень стараясь не сбиться с подходящего тона, Герда слышала из-под толщи стоячей темной воды переливчатый девичий смех.

Целоваться, сидя в этой же лодке, до припухших губ оказалось удобно.

Держать равновесие так, чтобы не опрокинуться — чудовищно трудно, почти невыполнимо.

Тот же смех, огни, отдаленное мелодичное пение, крики ночных птиц и легкий шелест листвы слились в единый, непохожий ни на что конкретное звук, когда Роланд вошел в нее осторожно и плавно. Слушая, как под днищем лодки гудит болото и подозрительно плещется вода, Герда ловила губами спертый воздух и старалась не делать резких движений, потому что Роланд был в ней полностью, и ощущения из острых постепенно становились просто неописуемыми.

Наплевать было, кто на них смотрит…

Никто и не смотрел. Никто ни на кого не смотрит в праздник.

С каждой новой неделей, проведенной в Новом Орлеане она, не переставая удивляться, все больше привыкала к будоражащему чувству собственной кипящей крови. К тому, что утолить это острое, как в первый раз, граничащее с маниакальной потребностью желание не представлялось возможным.

Роланд не скупился на то, чтобы открывать для нее новые и новые его грани.