Попаданка. Замуж по принуждению - Юлий Люцифер Страница 27

— Потому что чем меньше ты понимаешь, тем меньше выдашь.

Я уставилась на него.

— Какая невероятная забота.

— Это не забота. Это расчет.

Честно. Снова чертовски честно.

И от этого его слова воспринимались куда тяжелее, чем если бы он пытался юлить.

Я села обратно.

Медленно. Потому что ноги вдруг стали ватными.

— Хорошо, — сказала я, с трудом собирая мысли. — Допустим. Но почему вы уверены, что можете мне доверять? Вы сами сказали: я не та Эвелина.

— Не уверен.

— Прекрасно.

— Но ты не похожа на подосланную марионетку.

— А на кого похожа?

Он смотрел долго.

Слишком долго.

— На проблему.

Я фыркнула.

— Вот это уже похоже на правду.

На стол легла тишина.

Странная. Натянутая. Почти живая.

Я провела пальцем по краю карты, стараясь не думать о том, что только что услышала. Женщины с подходящей кровью. Старая магия. Исчезновение Эвелины. Брак как нечто большее, чем просто принуждение. Все это было слишком крупно для моего мозга, который еще вчера жил в мире, где максимум опасности — перейти дорогу на красный.

— У вас всегда такой… талант успокаивать? — спросила я, чтобы не сойти с ума от слишком долгой тишины.

— Нет. Иногда я предпочитаю молчать.

— Это заметно.

Он скользнул взглядом по моему лицу. Не резким, не оценивающим — скорее внимательным.

— Ты плохо спала.

Вопроса в его голосе не было. Только констатация.

— Удивительно, правда? После чудесной свадьбы и ночных прогулок к запретным дверям.

— Что ты видела?

Я замерла.

— Что?

— Ночью. У галереи. И после.

Он заметил.

Конечно, заметил.

Этот человек был невыносим.

— С чего вы решили, что я что-то видела?

— Потому что сегодня ты выглядишь не только злой, но и напуганной.

Меня кольнуло это спокойное попадание в цель.

— А если и так?

— Тогда отвечай.

Я молчала.

Очень хотелось не говорить ничего. Не давать ему лишних нитей. Но с другой стороны — если эти видения связаны с меткой, с домом, с Эвелиной, то, возможно, он действительно знает что-то, что мне нужно.

— Я видела… — начала я и осеклась.

— Говори.

— Фрагменты. Как будто чужие воспоминания. Не мои.

Он не перебил.

— Плач. Платье. Чью-то комнату. И записку.

Его взгляд потемнел.

— Записку?

— Да.

— Что именно?

Я сглотнула.

— Там были слова: “Если я исчезну, значит, мне не дали выбора”.

Молчание после моей фразы стало тяжелым.

Кайден медленно опустил взгляд на стол.

Впервые за все это время он выглядел так, будто услышал не просто новость, а подтверждение того, чего боялся.

— Значит, она оставила след, — произнес он почти себе.

— Вы знали?

Он поднял глаза.

— Подозревал.

— И ничего не сделали?

Его лицо стало жестким.

— Не говори о том, чего не знаешь.

Я вспыхнула.

— Тогда объясните!

Он шагнул ко мне.

Не резко. Но так, что расстояние между нами снова стало опасно маленьким.

— Я искал, — сказал он низко. — И продолжаю искать. Но в доме Марейн слишком много тех, кто умеет прятать следы лучше, чем ты можешь себе представить.

Я смотрела на него снизу вверх и вдруг очень ясно поняла: вот сейчас он не врет.

Не играет.

Не манипулирует.

Он действительно искал Эвелину.

Или правду о ней.

И это было неожиданнее всего.

— Почему? — выдохнула я. — Почему вам вообще не все равно, что с ней стало?

На миг в его лице мелькнуло что-то непонятное. Усталое. Опасное. Почти болезненное.