Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Гончарова Страница 279

— Добрый день, тан, ритана, – бросился к ним продавец. – Вы позволите помочь вам?

— Благодарю, – Мальдонадо небрежно взмахнул рукой, отпуская мужчину. – Мы сначала посмотрим сами, и, если что-то нас заинтересует, попросим помощи.

— Да, конечно, тан. Как прикажете.

Мерседес только вздохнула. Нет, она никогда не сможет разговаривать с людьми – вот так. Легко, спокойно, непринужденно…

Ладно. Пока можно посмотреть работы.

Мерседес впилась глазами в первую витрину.

Облако. Выполненное из серебра, со щупальцами, с какими-то полурыбьими-полуптичьими головами, которые торчат из него… если бывает форель, но с клювами, инкрустированное алыми и голубыми камнями, из которых сделаны глаза.

Общее впечатление?

Работа тонкая, но…

Почему ей так неприятно?

Мерседес перешла к следующей витрине. Но легче не стало.

Полуженщина-полузмея. Стоящая на хвосте, с искаженными пропорциями тела, вся словно изломанная…

К третьей.

Подвески в виде рыб, но с человеческими лицами. Злыми, хищными, а кое-где страдальческими. Мерседес пошатнулась и вцепилась в руку спутника.

— Что случилось? – забеспокоился Херардо.

— Мне плохо, – прошептала девушка. – Уведи меня отсюда…

В таких случаях Херардо действовал решительно. Он ловко подхватил Мерседес на руки и кивнул продавцу. Но дверь тот открыть не успел, на сцене появилось новое действующее лицо. Сам Сальвадор.

— Мальдонадо, ты ли это? Какими судьбами?

— Я, Коронель. Дверь открой.

— А что с твоей спутницей? Потеряла сознание от восторга?

Мерседес бессильно прикрыла глаза.

Ей становилось все хуже и хуже с каждой минутой. Начиналось как легкое головокружение, а сейчас ее уже полноценно тошнило, болела голова, сильно и остро, подкашивались ноги. Пожалуй, поставь ее сейчас Херардо на пол, она просто упадет.

Какие же у него руки сильные. И держит он ее так легко!

— Коронель, тебе заняться нечем? Ритане стало плохо в твоей лавочке. Может, от запаха. Ты что – тараканов травил?

Мерседес тихонько застонала.

А и правда. Она не поняла сразу, но запах был. Какой-то странный, очень въедливый. Вроде и ничего особенного, но спустя несколько секунд сладковатое благоухание начинало ввинчиваться куда-то в кровь…

Определенно, это оно.

— Плохо стало? Ах она, бедняжка, – без всякого сочувствия огрызнулся Коронель. – Проваливай отсюда, Мальдонадо. Еще раз появишься с этой… собак спущу.

Не будь у Херардо на руках девушки, он бы за такие слова наградил Коронеля парочкой затрещин. И покрепче, и посерьезнее. И чем бы еще это кончилось, учитывая, что ювелир не стерпел бы. Но – сейчас ему было не до того.

Мерседес едва не помирала у него на руках.

— Дверь открой, твою … и …! – огрызнулся Херардо. – Только и мечтаем, что уйти!

Коронель почти издевательским жестом распахнул дверь.

— Помечтайте еще и не возвращаться!

Херардо не повезло окончательно. Дверь открывалась внутрь, так что пнуть ее как следует ногой не получилось. А хотелось бы. За него все сделала Мерседес.

— …!!!

Настала пора Коронеля материться. И было отчего.

Пока Мерседес была неподвижна, она еще как-то себя контролировала. Но стоило Херардо сделать первый шаг… Качка ее добила. Даже такая, несильная. Взбунтовавшийся окончательно желудок подкатил к горлу – и всех сил Мерседес хватило только на то, чтобы отвернуться от Херардо.