Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Гончарова Страница 280

На Мальдонадо и не попало. А вот лавку окатило почти фонтаном. Досталось и двери, и Коронелю, и даже ступенькам снаружи.

— Обязательно всем расскажу о силе твоего искусства, – съязвил напоследок Мальдонадо, не упуская своего шанса. – Пусть к тебе еще и страдающих запором водят.

Дверь закрылась за ними с мощным хлопком. Словно пнули в спину. Но Мальдонадо до этого уже и дела не было.

Мерседес – очаровательная девушка. Умненькая, красивая, обещающая вырасти в потрясающую женщину. Только вот легче по весу она от этого не становится. А он моложе…

Лет двадцать бы долой, он бы ее весь день на руках таскал, а вот сейчас…

Уффф!

Вот и подходящая лавочка.

Херардо почти упал на нее, не выпуская девушку из рук, и принялся размеренно дышать. Вот так, сейчас он уже придет в себя. И круги перед глазами совершенно лишние, не нужны они тут. Ни к чему.

Сейчас, еще буквально минуту.

Мерседес приходила в себя с огромным трудом. Ее тошнило, болела голова, кружилась…

— Мерче, ты как?

— Отвратительно.

Было бы в желудке хоть что – опять бы стошнило. Но – нечем. Сухие спазмы были еще неприятнее. А то, что это происходит на глазах у тана Мальдонадо…

Ыыыыыыы!!!

Позорище!

Куда бы провалиться и там занориться? Навечно?

После такого кошмара страшно даже подумать, какими глазами он на нее посмотрит. Приличные девушки так не поступают никогда! Они молча и тихо умирают на руках у мужчин. Но чтобы их стошнило?

Оооооо…

Как вообще можно жить после такого позора?

С другой стороны, и помереть не получится. Никак. Не помирается почему-то.

Мерседес рискнула осторожненько приоткрыть один глаз.

Херардо сидел на скамейке с удивительно довольным выражением лица. Она по-прежнему полулежала у него на коленях, руками Мальдонадо крепко обнимал ее, прижимая к себе, и Мерседес было приятно. Но…

— Я… Прости.

— За что?

— Ну… я там… меня там… – почему ни в одной книге не написано, как простыми и ясными словами сказать мужчине, что ты не нарочно оплевала половину лавки? Оно так само получилось? – Я…

— Не переживай. Меня от его творчества регулярно тошнило, – Мальдонадо даже не шевельнулся. – Просто у меня желудок крепче.

Мерседес качнула головой.

— Н-нет…

— Меня же не стошнило? – не понял Херардо.

Мерседес сдвинула брови. Говорить было до сих пор сложно, объяснить почти нереально. Но – надо.

— Запах.

Теперь уже начало доходить и до Мальдонадо.

— Запах? Погоди-ка… запах, который был в лавке?

— Да.

— И он на тебя подействовал?

— Мне так кажется.

— Так… Мерседес. Как ты себя чувствуешь?

— Отвратительно, – честно созналась девушка.

— Из-за запаха? И реакция Коронеля мне не нравится. Пожалуй, надо поставить в известность Амадо Риалона. Если уж он занимается расследованием этого дела.

Мерседес опустила ресницы.

Кивать – и то было сложно.

— Да, надо.

— Тогда я сейчас поймаю такси – и мы едем домой. Там ты полежишь, придешь в себя, а я телефонирую в участок.

— Да.

Херардо не знал, что происходит. Но если Мерседес стало плохо от запаха?

Кого или что травит Коронель? Или он сам не подозревает, что происходит?

Или…

Нет, не понять. Пусть в этом разбирается полиция. А он даст им информацию к размышлению. Так будет лучше всего.

* * *

Карлос Амадо Риалон сидел в дешевом трактире.

На дорогой денег не было, скидывались хоть и вскладчину, но Карлосу не везло – увы. Отец решительно не мог его содержать на достойном уровне. Мать даже не работала. Оставались бабка и дед, да, со стороны матери, но что там тех денег? Сильно не разгуляешься. Они больше матери подбрасывают, чем Карлосу.