Ворона в гареме. Книга 1 - Коуко Сиракава Страница 28

Что думает этот жених о госпоже Бань? Мало того что император отнял у него возлюбленную, она еще и умерла. Шоусюэ прижала рукой пояс, куда спрятала сережку.

— Нельзя ли с ним встретиться? – подняв глаза, спросила она Гаоцзюня.

— Ты сама хочешь пойти? – спросил в ответ правитель.

Женщинам из дворца обычно не дозволялось встречаться с людьми из внешнего мира, если только они не были родственниками.

— Госпожа Бань даже во дворце вспоминала своего нареченного. Я хочу узнать, какие между ними были отношения.

Если госпожа Бань сильно любила своего жениха, то возможно, что он тоже горюет о ней. Если он все еще живет в своих родных местах – Шоусюэ нельзя с ним встретиться, она не может покинуть дворец. Но если он чиновник, можно что-то придумать. Конечно, если Гаоцзюнь поможет.

Тот, кажется, задумался, но довольно быстро сказал:

— Хорошо. Устроим вам встречу.

Шоусюэ задержала взгляд на лице Гаоцзюня. Она, конечно, сама просила об этом, но только подумать: правитель специально приходит к придворной даме, выслушивает ее сообщение, мгновенно соглашается на ее просьбу… Что же для него значит эта нефритовая сережка?

— Я уже спрашивала, но спрошу снова: почему ты прилагаешь к этому столько усилий? Извини за дерзкие слова, но ведь это просто оброненная кем-то сережка…

«Не императорское это дело».

Гаоцзюнь лишь бросил короткий взгляд на Шоусюэ и, ничего не говоря, встал. Вопрос Шоусюэ остался без ответа, и она обиженно двинулась вслед за правителем, который пошел к выходу.

Оказавшись на улице, Гаоцзюнь остановился. И не оборачиваясь, сказал:

— Я тоже, кажется, уже отвечал.

Голос его звучал спокойно. Шоусюэ подошла и посмотрела ему в лицо.

— Я хочу знать, кто эту сережку обронил.

— Но ведь это невоз…

— Я решил, что, узнав, чей дух здесь бродит, я смогу что-то выяснить.

— И поэтому поручил это мне?

— С твоей помощью я узнал, что сережка принадлежала госпоже-«соловью» Бань. Благодарю.

— Но это не дает ответа на вопрос, кто хозяин сережки.

Человек, предположительно обронивший украшение, – евнух либо придворная дама, прислуга, тот, кто получил серьгу от госпожи Бань и кто находится во дворце со времени прошлого правителя. И сколько здесь таких?

— К тому же ты не ответил, зачем тебе это знать.

Гаоцзюнь вел себя так, будто ответил на все вопросы, – и так всегда. Выглядит серьезно, однако доверять ему нельзя.

Бросив взгляд на Шоусюэ, он чуть наклонился к ней. От того, что лицо Гаоцзюня приблизилось к ней, девушка шагнула было назад, но остановилась, потому что он лишь тихо сказал, явно не желая, чтобы их подслушали:

— Если узнаешь, хлопот не оберешься.

— У меня уже хлопот полон рот.

— А сережку нашел не я.

Она взглянула ему в глаза.

— А кто же?

— Мой шпион на женской половине дворца.

— Шпион…

— Тот, кто обронил ее, возможно, стал свидетелем одного заговора. Это мне очень поможет.

— Повелитель! – подал голос Вэй Цин. – Не стоит ей так много рассказывать.

Гаоцзюнь взглядом приказал слуге замолчать.

Заговор? Тот, кто обронил сережку, – свидетель? Шоусюэ нахмурилась.

— Так вот к чему столько усилий. Вовсе не ради призрака… – Значит, «мне жаль ее» – это тоже ложь?

Гаоцзюнь сказал, не меняясь в лице:

— Я уже ответил на твои вопросы.

И зашагал вперед. Шоусюэ осталась стоять на месте, глядя ему в спину. «Ты не можешь ее спасти?» Девушка вспомнила слова Гаоцзюня, и морщины на лбу разгладились. Ведь если нужно всего лишь найти того, кто обронил серьгу, то можно было обойтись без этой просьбы…