Свет над Грозовым Створом - Алиса Миро Страница 35

Провокация

​Я перестала писать, когда на полях гроссбуха не осталось живого места.

​Я работала, не чувствуя голода и холода, в состоянии, знакомом мне по прежней жизни: гиперфокус. Цифры, написанные на старой коже, перестали быть мертвыми записями. Они ожили, они кричали о безнаказанности и наглости.

​Сложила дебет с кредитом, вывела общее сальдо. Палец, испачканный углем, дрожал от напряжения, когда я обводила итоговую сумму.

​— Пять тысяч марок, — прошептала я, округляя в меньшую сторону, чтобы не переборщить с эмоциональной оценкой. — Пять тысяч марок, списанных на "прогоревшую поставку леса" и "неучтенные военные нужды".

​Захлопнула книгу с таким грохотом, что в кабинете эхом разлетелась пыль.

​— Вот оно, Виктор, твое неисчислимое богатство, — сказала я вслух, глядя на запыленное окно. — Это просто дыра в бюджете, которую кто-то очень умело маскировал.

​Обернулась. Мое внимание привлекла маленькая, неказистая книжка, засунутая за корешки других томов. Я вытащила ее.

Это был инвентарный список кладовых.

​Пролистала его, ища строчки, которые могли бы объяснить поведение Мерцы и интенданта.

«Воск пчелиный. Закупка для нужд свечного производства». Количество — огромное. Воск нужен мне как основа для косметики.

«Масло льняное. Для пропитки кожи и сбруи». Тоже много. Это мое растительное масло!

«Лен, тончайший, для перевязочных материалов».

​Я поняла. Они воровали не только золото. Они воровали сырье. Воск и масло продавались на рынке за реальные деньги, а в отчетах списывались на нужды замка.

​Снова посмотрела на гроссбух. Я нашла почерк Генерала Алана, который стоял как гарант под самыми крупными счетами. Все сходилось. Интендант Бруно — исполнитель, Мерца — завхоз на местах, а Генерал Алан — крыша и организатор схемы.

​Я чувствовала себя потрясающе. Мой мозг, наконец, работал в привычном режиме, и это давало мне прилив сил, больший, чем любое яйцо.

​В этот момент дверь распахнулась.

На пороге стоял Виктор.

​Он был после тренировки. На нем была кольчуга поверх простого кожаного дублета, он был без мундира. От него пахло холодным металлом, потом, землей и лошадью. На его лбу блестели капли влаги.

Он выглядел как дикий, уставший зверь, вернувшийся в логово.

​Увидев меня, сидящую за его столом в ушитом платье, с его гроссбухом и углем в руках, он замер.

​— Что это такое? — его голос был негромким, но в нем была сталь. — Вы... вторглись в мой кабинет.

​Я поднялась. Платье, обтянутое по фигуре, заставило его взгляд на секунду задержаться на моей талии, но тут же он снова стал жестким.

​— Я провожу аудит, Виктор, — сказала я, не отступая. — Интендант Бруно, кажется, сбежал. Он не смог объяснить мне некоторые цифры.

​Он посмотрел на книгу, которая была испещрена моим углем.

— Вы пишете на моих книгах? Вы портите собственность Короны? Это — документация, Матильда! Это не альбом для рисунков!

​Его гнев был направлен не на воровство, а на нарушение порядка. На вандализм.