Свет над Грозовым Створом - Алиса Миро Страница 55

​Я закатала рукава платья. Начиналась битва за сердце мужчины.

Кухня замерла.

Поварята, судомойки, даже сама Мерца — все смотрели на меня как на инопланетянина, который только что приземлился в котел с супом.

— Итак, — громко произнесла я, нарушая тишину. — Операция «Ужин». Вводные данные: Лорд голоден, зол и устал. Задача: накормить, успокоить, дать энергию.

Окинула взглядом стол. Он был жирным.

— Эльза! Тряпку. Горячую воду. Золу. Отмыть эту столешницу до скрипа. Я не положу продукты на этот полигон для размножения бактерий.

Пока Эльза с энтузиазмом (и страхом) драила дерево, я проводила ревизию ингредиентов.

Пять моих драгоценных, теплых яиц лежали в миске. Рядом Ганс, пекарь, виновато положил кусок сыра (твердый, пахучий, похож на пармезан — отлично) и ломоть ветчины.

— Молоко? — спросила я.

Мерца фыркнула из своего угла:

— Нету молока. Корова одна, тельная, молока не дает. Только сливки старые остались, в погребе, для масла.

— Неси сливки, — скомандовала я поваренку. — Если они не прогоркли, это даже лучше. Жиры — проводник вкуса.

Осмотрела полку со специями. Соль. Каменная, серая. Сушеный укроп (одни палки).

И всё. Ни черного перца, ни паприки, ни чеснока, ни мускатного ореха.

— Скудно, — констатировала я. — Ладно, будем играть на чистых вкусах.

В этот момент в кухню вплыла Лиза.

Она переоделась. На ней было платье, которое, видимо, когда-то принадлежало кому-то побогаче — зеленое, со шнуровкой, которая отчаянно пыталась удержать её пышную грудь. Она распустила рыжие волосы и натерла щеки свеклой (явно). В руках она держала серебряный поднос с кувшином вина и одним кубком.

Она прошла мимо меня, обдав волной дешевых духов и самоуверенности.

— Я понесу вино Лорду, миледи, — пропела она, глядя на меня с вызовом. — Он, наверное, уже заждался. Ему нужно... расслабиться.

Меня кольнуло. Остро. Прямо в солнечное сплетение.

«Расслабиться», значит?

Я посмотрела на миску, в которую только что разбила яйца.

Внутри меня поднялась горячая волна. Неконтролируемая.

— Взбивайся, — прошипела я, хватая вилку (венчика, конечно, не было).

Я начала бить по яйцам с яростью, которую хотела бы обрушить на рыжую макушку Лизы.

И магия отозвалась.

Яйца в миске не просто смешивались. Они начали пениться. Они поднимались, как на дрожжах. Желтая масса увеличилась в объеме раза в три, став похожей на густое, плотное облако.

Миска нагрелась в моих руках.

— Ого... — прошептал Ганс, глядя на это суфле.

Лиза, заметив, что внимание переключилось на меня, остановилась у двери.

— Что это за жижа? — фыркнула она. — Лорд не ест пену.

— Лорд ест то, что вкусно, Лиза, — ответила я, не прекращая взбивать. — А ты иди. Неси свое вино. Смотри, не пролей от усердия.

Я повернулась к сковороде. Она была чугунной, тяжелой, черной от нагара. Идеально. Я кинула на нее кусочек масла. Масло зашипело.

— Режем ветчину. Кубиками. Мелко. Нож тупой. Ганс! Наточить ножи! Завтра проверю все лезвия. На такой кухне работать нельзя!

Я бросила ветчину на сковороду. Запах жареного мяса поплыл по кухне, перебивая запах духов Лизы.

Лиза замешкалась в дверях. Её "оружие" (вино) явно проигрывало моему "оружию" (еда). Мужчины — существа примитивные. Голодный мужчина выберет мясо, а не алкоголь.

— Сыр, — я потерла сыр прямо в яичную пену. Добавила ложку густых сливок. Вылила эту воздушную, сияющую массу на сковороду.