Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова Страница 61

Я сирота. Как и Таяна. Схожие судьбы.

Лишь благодаря доброту сердцу тетки и её упорству, я смогла получить достойное образование и выбиться в люди. Марины не стало около года назад, боль потери до сих пор живёт в моей душе.

Солнце постепенно клонилось к закату, окрашивая стены избы в тёплые янтарные тона, но с севера тянулись свинцовые облака. Я отложила рукоделие, потянулась, разминая затекшую спину. В доме витал аромат сушёных трав и свежего хлеба, Атрей проверял в печи румяные караваи с мясом и капустой.

— Почти готово, – сообщил он, осторожно перекладывая выпечку на дубовый стол. – Пара минут и можно ужинать.

Я улыбнулась, глядя на его сосредоточенное лицо. За последние дни мальчик заметно освоился в хозяйстве, ловко управлялся с печью и как и прежде помогал мне с заготовкой трав.

— Молодец. Ты вырастишь хорошим мужчиной, защитником и мужем, – похвалила я, заставив Атрея смущённо покраснеть и отвести взгляд. – Уже вырос.

Ужинали мы с мальчиком одни. Ивар снова не пришёл.

И так на протяжении целой недели воевода оставался в тереме, помогая Ярославу с делами княжества, в которые братья меня не посвящали.

Ночь опустилась на избу тяжёлым бархатным покрывалом. Хмурые, тяжёлые тучи всё же затянули небо, и мелкий дождь застучал по крыше избы. Я стояла у окна, наблюдая, как капли стекают по раскрытым резным ставням, рисуя на дереве причудливые узоры.

Ждала Ивара, с грустью на сердце поднимая, что опять напрасно.

— Не нравится мне это, – пробормотала, обхватив себя руками. Отдельные холодные капли порывами ветер бросал мне в лицо.

— Что? – произнёс хрипловатым от непогоды голосом Атрей, входя в комнату с охапкой сухих веток для печи.

— Всё. Погода, предчувствие…

Мальчик сгрузил дрова у печи, подошёл ко мне.

— Дурные мысли?

Я пожала плечами.

— Просто чувствую, что что‑то не так.

Дождь за окном усилился, барабаня по ставням и крыше, завывал ветер, будто пытался пробиться внутрь. Или не он, а нечто другое…

Я сидела за столом, помешивая остывающее варево в глиняном горшке – укрепляющий отвар из трав для молодой девушки на сносях из княжьего терема. Аромат полыни и зверобоя наполнял комнату, разнося горькие нотки.

Отражал моё внутреннее состояние и поганое настроение.

Атрей дремал на лавке, укутавшись в тёплый плащ. Вымотался за день. Его лицо во сне выглядело совсем юным, почти беззащитным.

Сердце сжалось от нежности. Кто бы мог подумать, как переменится моя жизнь.

— Та‑я‑на… – донеслось вдруг с улицы едва слышимое то ли утробный вой, то ли чей-то вымученный стон.

В груди оборвалось, забилось сердце пойманной птицей в силках.

Я замерла, вслушиваясь в ночную какофонию дождя и ветра. И правда – сквозь шум пробивался тонкий, почти неземной звук-плач:

— Та‑я‑на… Та-я… – Голос плыл из темноты, манил, звал. – Помо..ги… мне.

Не осознавая, что делаю, отложила ложку и поднялась из-за стола.

— Помоги, Тая-яна…

— Не отвечай им! – Атрей схватил меня за руку, останавливая, когда я уже коснулась дверного засова. – Это ловушка!

Оттянул меня назад и усадил на скамью, встряхнул за плечи. Я сглотнула, чувствуя, как по спине скользнул ледяной озноб. Голос звучал знакомо – так знакомо, что сердце заколотилось в груди, словно пыталось вырваться наружу.

— Это… это же…

— Кто бы это не был, не отвечай, – резко сказал мальчик. – Это нечисть. Морок. Они хотят тебя выманить.