Вдова драконьего генерала. Лекарка для его наследника - Диана Фурсова Страница 66

— Что он сделает?

— Потребует публичного подтверждения. Если замок действительно принял вас, это должно проявиться не только у родового камня, но и при свидетелях дома. Если не проявится, Серафина назовёт ритуал нестабильным. А вас — самозванкой, удерживающей наследника через случайную печать.

— Удобно.

— Да.

Он сказал это без привычного укора. Просто признал.

Лика обняла себя руками, чувствуя, как под рукавом ещё теплится знак.

— И где состоится это публичное подтверждение?

Каэль помолчал.

— На балу ледяных драконов.

Она медленно повернулась к нему.

— На балу?

— Зимний приём северных домов должен был состояться через неделю. Совет ускорит его. Формально — в честь прибытия леди Вальтор и будущего союза. На деле — чтобы выставить вас перед теми, кто потом будет повторять нужную версию.

Лика посмотрела на спящего Ардена.

— Ребёнка тоже выведут?

— Наследник обязан появиться хотя бы на короткое приветствие.

— Даже после сегодняшнего?

— Именно после сегодняшнего. Они захотят увидеть, кого он выберет при всех.

Слова легли между ними тяжело и точно. Выбор Ардена уже стал оружием. Если он подойдёт к отцу — это используют. Если к Лике — используют ещё сильнее. Если испугается — назовут доказательством проклятия. Если заговорит — разберут каждое слово на части.

— Он не обязан никому ничего доказывать, — сказала Лика.

— Я знаю.

Она подняла на него взгляд.

— Тогда не позволяйте.

Каэль не ответил сразу. За окном метель стучала в стекло, и казалось, весь Северный замок слушает их разговор, от древних камней внизу до спящих драконов на башнях.

— Я могу отменить бал, — произнёс он наконец. — И получить утром требование Совета передать Ардена под внешнюю защиту до разбирательства. Могу закрыть ворота — и дать им повод назвать дом Драгомир мятежным. Могу вывести сына не по правилам — и позволить им сказать, что я скрываю его состояние. Иногда защита — это не закрыть дверь, Лика. Иногда это войти в зал первым и сделать так, чтобы враг не выбрал место удара.

Она не любила признавать, что он прав. Но сейчас он был прав.

— Тогда мы выберем, как войти, — сказала она.

Каэль посмотрел на неё чуть внимательнее.

— Мы?

— Вы сами назвали меня защитой.

Он молчал несколько секунд, потом почти незаметно кивнул.

— Да. Назвал.

На этом странный, хрупкий союз и закончился бы, если бы в коридоре не послышались быстрые шаги. Марта вошла после короткого стука, лицо у неё было встревоженным.

— Милорд, простите. Из восточного крыла пришёл слуга леди Вальтор. Она просит утренней аудиенции и уже отправила гонца к перевальному посту.

— Разумеется, — сказал Каэль.

Лика закрыла глаза на одно мгновение.

Завтра наступило быстрее, чем ночь успела закончиться.

К утру Северный замок изменился.

Он больше не был только мрачной крепостью, где пыль западного крыла скрывала старые бумаги, а детские комнаты — чужие страхи. Замок проснулся шумом. В коридорах шуршали платья, звенели ведра, двигали скамьи, выносили лишнюю мебель, чистили витражи в большом ледяном зале. Слуги торопились, но торопились иначе, чем вчера: не сонно и не нехотя, а с напряжением перед большим событием, которое может возвысить одних и уничтожить других.

Бал ледяных драконов должен был состояться вечером.

Лика узнала об этом от Марты, когда та принесла ей простое утреннее платье и слишком долго молчала, поправляя ворот.